Черный, Белый, Бежевый

– Привет, – отозвался я, прикидывая, стоит ли терпеть целый день такой кошмар, чтобы потом наведаться в какой-то там сомнительный заброшенный исторический музей.

Луцик, которого я еле отыскал в девчоночьей толпе, тоже был хмур, но решимости не потерял.

– Шут с ними, – прошептал он, взяв меня за локоть негнущегося рукава и отведя в сторону, – девчонки любят на экскурсии ходить. А может, восьмерки по истории хотят. Ничего, зато они Вана отвлекать будут…

– А как мы все в одну паровую тележку поместимся? – поинтересовался я.

– Я им тоже это сказал, а они говорят, что Вана уже предупредили, и он обещал взять напрокат парочку конькозлов…

В это время из тумана послышалось пыхтение, и перед нами остановилась видавшая виды паровая телега – старая, ржавая, облупленная и давным-давно не мытая. Двери ее были мятыми, а некоторых спиц на больших колесах не хватало. Довершали картину три понурых мокрых конькозла, привязанные друг за другом к крючку сзади тележки.

– Ну, Ван точно историк! – захихикал Луцик. – Эту колымагу, небось, на раскопках нашел!..

Дверца телеги скрипуче открылась, и из нее с трудом вылез Ван, ясное дело, в вощеном плаще. Он несколько растерянно оглядел нас из-под капюшона и промямлил:

– А, вот, значит, дети, вас сколько… Ну ничего. Я как раз взял троих конькозлов, как видите, значит…

– А почему как раз? – проскрипела Элька.

– Так потому что у нас тут получается, значит, трое?..

– Не хочу я в телегу! – возмутился Луцик. – Мы всегда с Баником!

– Ну, Баник же не простудится, в отличие от тебя, значит… И потом, эти конькозлы двоих вряд ли выдержат.

Ван был, похоже, прав: судя по виду этих прокатных конькозлов, неизвестно было, смогут ли они выдержать и одного. Делать нечего: Луцик, бормоча с ненавистью «уж лучше простудиться», полез в телегу вслед за девчонками.

– Отвязать надо было, – снисходительно заметила Нелия.

– Тебя не спросили, – огрызнулся я и пошел вместе с ней к конькозлам. Веревка, как оказалось, намокла и нормально не развязывалась, так что в конце концов мы с Нелией ее натянули, а Элька перепилила ногтем и перекусила то, что не хотело перепиливаться.