Твоя маленькая ложь

– Ты как? Что доктор говорит на счет операции? – я перевожу тему, вытирая слезы, чтобы не разрыдаться перед мамой. Не хочу, чтобы она сильно переживала из-за меня.

В трубке раздается досадный вздох.

– Доктор Майер по-прежнему сохраняет позитивный настрой, а я продолжаю считать выпадающие волосы. А вчера я заметила, что бровей стало гораздо меньше, чем прежде, – тихо проговаривает мама, делая небольшую паузу между предложениями.

Я прикрываю глаза и крепко сжимаю губы, пытаясь подавить очередной поток слез.

– Мы отрастим тебе волосы до пояса после операции. Ты только не унывай, – дрожащим голосом говорю я, вытирая слезу со щеки. – Я оформила пособие на твой счет, так что в скором времени ты можешь им воспользоваться, а я пока здесь ни в чем не нуждаюсь, не переживай. Через месяц, два мы уже сможем провести операцию. Мы обязательно успеем.

– Моя девочка, – тихо говорит мама голосом, в котором слышится грусть. – Если тебе некомфортно на отборе, ты можешь в любой момент его покинуть. Нет нужды себя так истязать, я же вижу, что тебе не по себе.

– Нет, мам, это наш последний шанс победить твою болезнь и вернуться к прежней жизни, – проговариваю я, пытаясь сдерживать предательскую дрожь в голосе.

– Боюсь, что прежней жизни нам с тобой уже не видать…

Глава 12

– Мадемуазель Элизабет! – раздается в моей голове строгий голос Каролайн.

Я хмурю брови, медленно открывая глаза, и обнаруживаю Оберг со стальным выражением лица, раздвигающую французские шторы.

– Что происходит? – недоумеваю я, скидывая белое пушистое одеяло с себя. – Который час?

– Доброе утро, Элизабет, – холодно отзывается женщина, заканчивая со шторами. – Жду вас всех в лиловой гостиной ровно через двадцать минут и переоденься в одежду, которая лежит на софе, – отчеканивает она и собирается уходить, но вдруг останавливается посреди комнаты, разворачиваясь ко мне лицом.

Я успеваю лишь сделать короткий кивок, когда она стремглав удаляется из моей комнаты в коридор, улавливая ее приглушенный стук каблуков. Дотягиваясь до телефона, мирно лежащего на белоснежной прикроватной тумбочке, я удивленно вскидываю брови, обнаруживая на экране ровно шесть часов утра. Сколько я спала, часа три?

Некоторое время я прихожу в себя, пытаясь найти силы, чтобы умыться.