Ореол главного героя для попаданки

Ведь эти трубы могли прослужить и сто лет, а зачарованный мрамор – так все триста.

Эти мысли позволяли справиться с беспокойством за Дамиана, который выглядел как самый настоящий зомби. И выл почти так же жалобно.

Не слушая его неуверенных возражений, она мигом наполнила ванну и добавила очищающее средство. А затем стащила с брата одежду и помогла ему залезть туда и принять удобную позу. Вскоре вода стала грязной, так как из пор кожи парня выходил остаток приворотного зелья.

Глянув на зеленоватую грязь, Инга подумала, что бедняга напоминает ей утопленника или водяного.

– За что она тебя так? – тихо спросила она, потихоньку сливая грязную воду и доливая чистой. – Неужели Дарина Светозарная так сильно в тебя влюбилась? А выглядит такой равнодушной стервой, которая любит только изображения американских президентов на долларах. Эм, это я так шучу, не обращай внимания! – быстро добавила она.

Но Дамиану был так плохо, что он даже не заметил её оговорки.

– Я думаю, – процедил он, откидывая голову на бортик, – что это из-за ежегодного турнира императорских наложниц. Когда евнухи и жёны нынешнего императора подбирают новых наложниц, проезжая самые крупные города. Так как мы живём в столице, то к нам в тот период съезжается множество девушек из маленьких городов и крошечных поселений, чтобы добиться встречи с Проверяющими девичью чистоту. Я слышал, что Дарина мечтает пробиться во дворец и стать наложницей, а потом и супругой.

Он говорил с горечью, не открывая глаз, но спокойно.

У Инги отлегло от сердца, когда она поняла, что Дамиан эту фифу не любит. А, значит, её можно будет потихоньку убить. И он совсем не расстроится!

Но всё же решила уточнить, чтобы между ними не осталось недопонимания.

– Послушай, а если я от неё избавлюсь, ты будешь страдать? – спросила она, когда тело брата очистилось изнутри и снаружи.

– Не стоит, – Дамиан приоткрыл один глаз и слабо улыбнулся ей. Закутанный в длинное пушистое белое полотенце он казался ангелом небесным, чьи крылья внезапно превратились в полотенце.

– Да, но ты мог погибнуть! – воскликнула, нервно расхаживая по комнате. Брата она устроила на том же диване.