Источник неприятностей – 2

А перед тем, как исчезнуть, заявила, что она настолько добрая, что не будет отрывать ему руку, чтобы забрать с собой в качестве талисмана-защитника от врагов и прочих враждебных личностей, подстерегающих уже и на рабочем месте.

А Леопольд на прощание послал её к Афине и заодно к её сестре. Мол, те так заговорить и достать до печёнок способны, что любая беда и горе надолго в голове не задержатся. И добавил, что сам в Офисе появится не скоро, так как собирается на симпозиум. Или к любовнице. Либо вообще – к любовнику.

В общем, припечатал он, иди-ка ты, любимая, к моей секретарше, а дурное и тяжёлое тут, на берегу оставь. Нечего неприятные воспоминания повсюду с собой таскать. И закончил разговор тем, что предложил встретиться в кабинете Зорро после обеда.

Глава 5

Тряхнув головой, чтобы как следует уложить мысли в подобие порядка, усмирив хаос, царящий в мозгу после слишком близкого взаимодействия с любимым начальством, Алла отправилась окунаться в тяжкие рабочие будни. Как и было приказано.

Алла слегка улыбнулась, уже предвкушая сладостное ничегонеделание, которое в Офисе в обычное время считалось повседневной рутиной. В те дни, когда чья-то жизнь не висела на волоска, как и судьбы целых миров, а Конец Света не подкрадывался из-за угла в тяжёлых сапогах и не пытался щёлкать пальцами перчатки Таноса.

– Доброго тебе утречка, девушка в свежих засосах! – из-за открывшейся прямо в стене двери на Аллу буквально вывалилась ржущая Афина. У черноволосой коротко стриженной девушки блестели глаза, щёки румянились пятнами, а рот совершал таинственные конвульсивные движения.

 – С погруженьицем тебя в рабочую атмосферу. С выходом тебя из зоны комфорта, – сквозь смех выдавила секретарша.

Алла решила проигнорировать намёки на интим с шефом, приподняв брови на очередной взрыв лошадиного хохота.

– Что такое? Тебе какое-то зелье а-ля "Смешинка" в утренний кофе подлили? Или на моей голове выросли ветвистые рога?

Алла сама не знала, почему заговорила про выросшие рога, так как в измене ни Леопольда, ни, тем более, себя точно не подозревала.

Афина снова согнулась в припадке ржача, замахала на неё рукой и с трудом вытерла слёзы, брызнувшие из глаз, дёргающимися пальцами.

Алла продолжила мысленно удивляться странному состоянию секретарши. Внезапно она вспомнила, какие именно ассоциации могли возникнуть у Афины при упоминании ветвистых рогов, и вновь изумилась, что та её не прибила, а продолжила смеяться.