Девушка с шоколадными глазами

А сигнализации, судя по фильмам и сериалам, отключали все, кому не лень. А кому лень – просто за компанию или совершенно случайно. Впрочем, она была убеждена, что в этом доме сигнализации нет. Как ей подумалось, Джеймс явно считал, что в дом уборщика из полицейского участка никто не посмеет вломиться.

А ещё подумала, что выходить из дома проще, чем входить, так как можно было совершить гигантский прыжок прямо на землю, минуя ступеньки.

Кухня была уютной, а также переходила в крытый балкон, выходящий на улицу.

Впрочем, вся остальная мебель была старой, но добротной. Девушка открыла холодильник и добыла одну из бутылок пива, а затем уселась за стол и требовательно уставилась на мужчину, топтавшегося неподалёку. Кулёк с одеждой она небрежно свалила возле балконной двери. В глубине души захотелось выпихнуть весь этот ужас на балкон, надёжно закрыть дверь и забыть о купленной одежде, как о страшном сне.

– Что? – уставилась она на таращившегося мужчину.

Он покачал головой и принялся смиренно готовить бутерброд, сетуя на то, что ей ещё рано пить спиртные напитки.

– Да ладно, пап, – она решила называть его так, чтобы немного покуражиться, – а если я помру раньше времени? Тогда уже поздно будет. Живи ярко, умри молодым, слышал такое? – пояснила она свою мысль, хлопнув его по плечу, отчего стул под мужчиной треснул и опасно зашатался.

– Ну ты и сильная! – восхищённо и немного встревоженно воскликнул Джеймс.

– Это у меня от отца, – хмыкнула девушка, наливая тёмное пиво в гранённый стакан.

– Но я вовсе не такой сильный!

– Значит я – улучшенная версия, доработанная и идеализированная, – нашлась Брауни, хотя на языке вертелось: "Скорее всего, ты и не мой отец". Но впервые в жизни ей не хотелось никого обижать. Она даже украдкой потрогала лоб – не заболела ли, вдруг у неё температура за сорок, если в голову лезет подобная чушь? Какая-то совершенно мерзкая тактичность, от которой она обычно блевать хотела.

Тем более, по своему жизненному, хоть и небольшому, опыту, она уже поняла: будешь милой – тебя сожрут – и не подавятся! Так что обычно она широко улыбалась, сверкая глазами, когда кого-то избивала, выкручивали руки или, как минимум, говорила в лицо мерзкие гадости, бьющие прямо в цель, как дротики в глаза.

"Ладно, для разнообразия немного побуду хорошей.