Запретная любовь царя лабиринтов

– Кажется здесь. Тут плющ. – с тяжелым вздохом произнес Тай, а я с трудом разлепила глаза, услышав неподалеку его голос. Мне кажется или нет? Я осмотрела комнату. В комнате никого не было, и я снова задремала. На секунду мне показалось, что скрипнула дверь, слегка приоткрываясь.

– Мамин подарок?

– Не выбрасывать! – сонно пробормотала я, перевернувшись на другой бок. Проснуться было просто выше моих сил.

Прошло какое-то время, пока я сладко посапывала, наслаждаясь ночной прохладой. Как вдруг я резко оторвала голову от подушки.

Мне почудилось, или я только что слышала страшный женский крик? Он просто разрезал ночную тишину, и без того наполненную загадками и тревожными тайнами.

Глава 12. Альтаир

Я замер перед единственной дверью, которая была покрыта плющом. Среди одинаковых дверей, она выделялась зеленой завесой.

– Я тут подумала, дорогой мой сын, – послышался голос, когда я приоткрыл двери. На кровати спал Мамин Подарок. Она лежала, накрывшись тонкий покрывалом, а я замер, недоверчиво глядя по сторонам.

– Мамин подарок? – спросил я удивленно.

– Не выбрасывать, – сонно пробормотала Мамин Подарок. И повернулась на другой бок. Она похлопала себя по бедру, схватила рукой покрывало и натянула его на голову. Она свернулась под одеялом, от чего казалась такой маленькой и беззащитной.

– Да, мамин подарок! Я вижу, как тебе непросто. Остальных девушек ты видишь слишком часто. И, быть может, именно это заставляет тебя жалеть их каждый раз, но не жалеть себя, – послышался мамин голос.

 – А ее ты не знаешь. Ты видишь ее в первый раз. Мама специально подарила тебе ее, чтобы ты не мучился совестью… Не прошло и дня, как вы познакомились. Так же будет проще, не так ли? И совесть моего Тая будет чиста! – послышался журчащий голос матери. Она стояла темная, словно ночь, позади меня.

– Мне дорог каждый материнский подарок! – произнес я, обрывая завесу из роз, которая тайным знаком разрослась на двери покоев. Красивые мамины розы упали на пол, а я наступил на нее копытом, растоптав ее.

– Я сам решу, кто станет следующей!

Травницы кружились, смеялись, играли и очаровывали. Их роскошные, едва прикрывающие красивые, женственные тела, одежды развевались в этом соблазнительном танце. Десятки зеркал отражали их красоту, а они томно выгибались и сладострастно замирали. Я стоял и смотрел на них, на их легкие шаги, соблазнительные изгибы, роскошные волосы, которые струились в танце.