Запретная любовь царя лабиринтов

Меня отпустили. И только я сейчас я заметила, что мои ноги снова вернулись на пол.

– Ч-ч-ч-что это было? – испугалась я, не понимая, в какой момент, вцепилась в Альтаира, как в единственную защиту.

– Богиня Судьбы. Геката, – усмехнулся Тай, наблюдая за тем как вытягивается моё лицо и округляются глаза, – Моя мама. А теперь слушай меня внимательно…

Тихо прошипел Альтаир и склонился ко мне.

Глава 7. Занято!

Я насторожилась, чувствуя, что это не предвещает ничего хорошего. Как только он стал шептать, я съежилась, но тут же насторожилась и даже приободрилась.

– Иди, выбери себе комнату. Если все будет хорошо – уйдешь ночью, – с милой улыбкой, произнес рогатый и подтолкнул меня к левому коридору, – Иди. Лицо попроще! Делай вид, что мы друг другу ужасно понравились. Нам нужно усыпить бдительность мамы…

Бдительность мамы, видимо, уже выспалась. И теперь страдала бессонницей.

– А что? Она до сих пор здесь? – тут же натянула я улыбку, делая вид, что мы тут секретиками балуемся, и я только что выслушала признание в пылкой любви.

– Сейчас она убедится, что все в порядке, и тогда я тебя вытащу отсюда, – все так же ласково, словно шепчет мне на ушко, что собирается делать со мной ночью, произнесло чудовище.

Натянутая улыбка от рога до рога выглядела ужасающей, но не сходила с лица царя. Ну, его можно понять, с такой мамкой я тоже была бы неврастеником.

– Выбери любую свободную, о самый прекрасный подарок, который дарила мне мама на День Рождения, – ласково произнес мне вслед Альтаир, а я подпрыгнула, – Свободных покоев не так много.

Я уже поняла, что он точно совершеннолетний. А судя по количеству девушек, которые стадом бегают за ним, и которых так и хочется назвать прошлогодними подарками, где-то брезжит закатный лучик пенсии. Девиц-то не менее шестидесяти!

– О, спасибо! – пропела я умиленным голосом, словно общаюсь со сложными клиентами. – Вы так добры ко мне… эм… мой повелитель… Да!

– О, я старался! – так же театрально заметил Альтаир.

Эти слова адресовались явно не мне. И были вовсе не комплиментом. Он произнес их нарочито громко, чтобы мама слышала.

– О, не каждый день тебя дарят такому милому… эм… чудови… Альтаиру! Всегда мечтала, чтобы меня такому подарили! – в тон ему ответила я, чувствуя, как у меня глаз дергается.

Я тоже на всякий случай осмотрелась.