Сережик

«Ладно, – говорит, – я уйду, да только и тебе молока больше не будет». Спокойно так сказал, без злобы. А после развернулся и вышел. И что вы думаете, на следующий день занемогла моя Ленка! С виду-то она вроде как здоровая – ест хорошо, не плачет, ни на что не жалуется, а только как сяду я ее доить, так из вымени течет не молоко, а дрянь какая-то вонючая, вроде как простокваша с гноем. Три недели так прошли. Ветеринар с фермы приходил Ленку посмотреть. Головой покачал, какие-то мази назначил, да только все без толку оказалось.

Тогда пошла я в магазин, купила кило шоколадных конфет и – к Сережику. «Прости, – говорю, – Сережик, если я невзначай тебя чем обидела. А как Ленка выздоровеет, приходи молочко пить, никогда отказа тебе не будет». Сережик из всего пакета только одну конфетку-то и взял. «Спасибо, – говорит, – тетка Наталья. Прости и ты меня: если я тебя и обидел, так не со зла. И желаю твоей коровке поскорее поправляться». И, скажи на милость, на следующий же день у Ленки из вымени чистое молоко пошло, как и прежде!

Закончив рассказ, женщина умолкла.

При этом она смотрела на меня, не отводя глаз в сторону и даже не моргая.

Выслушать подобную историю от живого свидетеля мне довелось впервые, поэтому я не знал, какой реакции ждет от меня рассказчица. Чувствуя, что пауза затягивается, я не нашел ничего лучшего, как только с наисерьезнейшим видом спросить:

– А где же научился Сережик таким фокусам?

– Это история давняя… – начала было моя собеседница, но в этот момент забряцали ключи и раздался зычный голос Алевтины:

– Ну что, нет никого, что ли? Зря я, что ли, пришла?

Тетка Наталья проворно вскочила на ноги, схватила свою сумку и заговорщицки шепнула мне:

– В другой раз доскажу.

 – Кинулась на зов. – Алевтина, сахар-то будешь продавать?!

Да, когда напоминает о себе суровая правда жизни, места для тайн и чудес не остается…

Вернувшись домой, я пересказал только что услышанную историю бабе Кате.

Та в ответ только рассмеялась и замахала на меня ладошками, словно отгоняя надоедливую мошкару.

– Слышала, слышала я эти сказки. Чего только народ не напридумывает! А все от того, – баба Катя назидательно подняла тоненький указательный пальчик, – что так уж повелось: в каждой деревне должен быть свой колдун или какой другой ведьмак. – Баба Катя снова немного посмеялась. – Был у нас прежде Филипп Матвеевич. Жил он на самом краю, у леса. Вот он действительно удивительным человеком был. Все травы в лесу знал да приметы разные.