Моя темная королева

Али вру?

Наверное, я перестаю дышать, потому что зал подергивается дымкой и начинает вращаться, но тихонько вскрикнувший Кайо приводит меня в чувство. Он так и сидит в мешке и, встрепенувшись, едва не падает со скамьи – я едва успеваю ухватить холщовую лямку. Едоки же на птичий клекот внимания не обращают, но беседа о безглазом олвитанце их слегка оживляет.

– Не врешь, – наконец отрывается от тарелки Охотник, и я вижу, что левая сторона некогда красивого лица совсем еще молодого мужчины изборождена глубокими шрамами.

 – И впрямь ходит слепой по городу, про королей да принцесс расспрашивает и на руинах гнезда вьет. Бургомистр послал было нас его прогнать, да жалко ж калечного.

– Ишь, жалостливый какой, – фыркает бородач за соседним столом. – Будто сам не калечный.

– Правый глаз у меня отлично видит, – отвечает Охотник, – мимо морды твоей не промахнусь. Да мимо такой и слепец бы не промахнулся…

– Вражину бы с таким пылом гнал, как своим угрожаешь, – встревает третий, скинув капюшон и внезапно оказавшись худощавой девушкой с толстой рыжей косой и чистым, звонким голосом.

– Да какой из него вражина – шагу без палки ступить не может.

– И поздно его уже гнать, – поддерживает затеявший этот спор старик. – Вот года три назад надо было корабли их на подходе топить, а вы встречали как дорогих гостей. Теперь жизнь у них не слаще нашей.

– А то и горше, – бормочет его сосед, – раз к нам побитые ползут.

После изначального тягостного молчания столь бурная беседа, да еще и на волнующую меня тему, сбивает с толку.

Я ошалело моргаю, прижимая к груди мешок с притихшим Кайо, и перевожу взгляд с одного незнакомца на другого. Я, конечно, хотела послушать местные сплетни, но они будто нарочно… Не бывает таких совпадений.

– А ты что думаешь, парень?

Я не сразу понимаю, что вопрос обращен ко мне, и несколько секунд молча глазею на задавшего его Охотника.

– Я? – уточняю внезапно севшим голосом.

– Ты, ты, – хмыкает первый старик – лысый как коленка. – Или думал, мы все тоже слепцы, что тот олвитанец, и чужака не приметим?

Его седой приятель кивает.

– Приметим-приметим. Но на еще одного олвитанца ты не тянешь, уж больно бледный.

– И мелкий, – вновь фыркает бородач.

– Для тебя все мелкие, в ком хотя бы пяти пудов не наберется. – Девушка закатывает глаза.

– Я не олвитанец, – быстро вставляю я, почти сползая под стол.