Последний вечер безысходности

– Как мило, – высказалась я, – их всех можно собрать и толпой в новобранцы гильдии, хоть денег бы заработали.

– Ты предвзята, – ответил Ксаир, но, кажется, сам себе не верил.

Мы припарковались у одного из многоэтажных строений наподобие общежития и вышли из машины.

Раздался голос из ближайшей подворотни, откуда возник лохматый представитель человека, проживающего на улице. Пальто на нем явно с чужого плеча, было грязным и слишком теплым, но я слышала, что бездомные всегда надевают все вещи, что у них есть, дабы их не украли.

Ксаир ответил что-то вполне доброжелательно.

– Переживает о наших колесах, говорит – места тут не спокойные, – перевел мне командир и ответил тому, усмехнувшись на непонятном языке. Правда я смогла распознать слово: «Сколько?», после чего Ксаир достал кошелек.

Мужичок подошел, оживляясь, и что-то сказал.

– И много он наглядит? – уточнила я.

Бродяга что-то пролепетал и командир отсчитал пару купюр. А потом перевел мне:

– Я сказал, что если машина будет в целости – получит еще, так что страж у нас, считай, есть, можно не переживать.

Мы развернулись и вошли в обтрепанный подъезд. О консьерже здесь, скорее всего, и не слышали, поэтому направившись прямиком к лестнице, стали осуществлять подъем. Тусклый свет, чудом уцелевших лампочек, освещал потрескавшуюся краску и веселенькие надписи, рассказывающие о людях, некогда живших тут.

– Думаешь, уследит? – спросила я, нарушая тишину.

– Мужик проворный и вряд ли дурак, раз еще жив.

– Тебе видней, – согласилась я, потому что сама в психологии бродяг была не сильна.

– Нам сюда, – сказал Ксаир, указывая на дверь.

Она была опечатана. Командир сорвал наклейку и наклонился, чтобы обследовать замок, после чего достал набор отмычек. Он провозился не больше минуты, и затем я смогла услышать щелчок, обозначающий, что препятствий ко входу больше нет.

После грязного тусклого и ободранного коридора скромная аккуратная мебель и милые обои в цветочек казались чуть ли не верхом эстетики. Вид портили разбросанные повсюду вещи.

На диване валялись книги, выкинутые со стоявшего напротив открытого серванта. На полу лежали, разбившиеся при падении, шкатулки с мелочевкой и перевернутые коробочки, из которых проглядывали разные предметы, начиная от сувениров и заканчивая канцелярскими товарами.