Утро очередного дня

Зачем травмировать Сайю? Ей и так нелегко мысль дается, что я один раз «нити» видела, а если узнает, что я с ними всю жизнь знакома… в общем, лучше не знать ей этого.

– Это было видение, – подытожила она.

– Ну ничего себе видение! А кровь? А падение? – возмутилась я. – Ладно падение – его можно на неожиданность списать, но кровь тогда откуда?

– Ты не только увидела будущее, но и прочувствовала его.

– Как? Я не хочу.

– Ты хоть представляешь, как это здорово? – в ажиотаже пролепетала Сайя.

– Ты хоть представляешь, как это больно! – передразнила я.

 – И вообще, ничего хорошего в этом не вижу.

– Ты очень быстро развиваешься, по всем направлениям. Даже слишком.

– Я не специально, – извинилась я, а затем опомнилась, – я не хочу.

– А тебя и не спрашивают, – буркнула Сайя.

Видно устала она мне уже объяснять как это здорово.

– А если я увижу, как меня пристрелят? Что уж, помирать мне придется? – испугалась я.

– Позже ты научишься абстрагироваться от столь чувственных видений.

Ну, или хотя бы не настолько поддаваться их влиянию.

– А насколько позже? И как я этому смогу научиться? Есть методика какая?

Сайя почесала нос и не ответила. Хотя для меня это был своего рода ответ. «Методом проб и ошибок» – читалось в ее глазах. Жаль, конечно, но куда деваться. Прогрессировать скачками опасно. А по-другому в этих «нитях», видимо, не получится.

Посчитав, что здесь делать больше нечего, я свернула на полянку, ведущую обратно в дом. Сайя последовала за мной, несколько повеселела и что-то напевала.

Да, в отличие от меня, мрачные мысли ее не преследовали. Так как во всех своих бедах я винила именно ее (это же она ворвалась ураганом в мою жизнь, начисто изменив ее, при этом поселила в комнату, от которой несколько минут до «нитей», и, наконец, чья ученица чуть не прострелила меня?), моментально захотелось испортить ей настроение, тем более ответ на вопрос меня действительно волновал:

– Скажи, а «нити» Моршарха… только по ним можно попасть в другой мир?

Сайя горестно вздохнула, с намеком на отчаянье посмотрела куда-то вперед, а мне моментально сделалось стыдно.

– Да, – еле слышно ответила она, снова, вздохнув.

«Ну, что ты привязалась к человеку. Ей и так грустно, а ты еще напоминаешь», – устыдилась я мысленно, – «Хотя, ничего – смирится. Я ж не виновата, что она их не видит».

В разгар спора с самой собой я чуть не пропустила, как начало преображаться лицо собеседницы.