Утро очередного дня

Ведь охота идет на всех, вне зависимости от ауры. Получается, что я будущий Оракул без опеки, совершенно неспособная себя защитить, если это понадобится. Или пусть, как они называют все это одним прозвищем, Вэг. Здорово! Я очередная Вэг, которую пустили в расход. Интересно, а почему, собственно Вэг? Что это значит?

– Ведьма Гроза, Вэг, сокращенно, – осторожно ответила Сайя, видно уловив мое настроение.

Надо же, я даже не заметила, как высказала вопрос вслух.

– Первым охотником стал Гроз, он и сейчас, говорят, охотится, – подхватила Тита объяснение, – он сам так когда-то прозвал Оракула.

– Не сам, – буркнула Сайя, – его помощница.

– Это не интересно, – сказала я спокойным голосом, отчаянно борясь с желанием закричать на нее.

– Ну, да, – продолжила она, – он не захотел ее называть родным именем, а прозвал своей ведьмой.

– А теперь вы всех так зовете, – вспыхнула я, – здорово, молодцы, ничего не скажешь.

– Ну, у нас так принято – стандартная классификация. Есть путешественники, есть стихийники, охотники, искатели, Сангвинары, в конце концов, а есть вы – Вэг.

– Я не они, – покачала я головой, – и не вы. Я Элика! Элика Ворамонт – не путешественник, не целитель, не боевой маг, и не приз на охоте. Я просто человек и не хочу иметь с вами ничего общего!

– Но, ты же не просто человек, – ответила Сайя, – ты же это и сама понимаешь.

– Тем более – видеть вас не хочу! Вы оставили меня. Одну. Без помощи.

– Вот это можно понять, я бы тоже обозлилась, – неожиданно доброжелательно сказала Титарини, – почему ей было отказано?

– Дора Стейлет, и, по совместительству, моя мама, сказала, что Элика проклята.

– И это все? Ты понимаешь насколько это решение масштабно? Это не просто жизнь Элики. Это жизнь школы и ее обитателей.

– Не считай себя здесь самой умной, – нахмурилась Сайя.

– Я так польщена, – улыбнулась я, глядя на Титу. – Моя, как ты выразилась, «просто» жизнь для вас, я вижу, бесценна. А мне вот плевать на жизнь школы.

– Не все так просто, – со знанием дела заявила Сайя, – нужно знать природу проклятья, кто его наложил, какие были заклинания, и, вообще, наибольшую сложность вызывает определение как именно оно наложено.

– Да уж, – Тита поджала губы, – помнишь, как Брена намагичила? Казалось бы, легчайшее проклятье, а миссис Дерритон месяц с язвами ходила, пока не поняла, как его снять.