Цена желания

В остальных случаях нарушения границы с нашим миром начинается отлов. Нефилимы разыскивают демонов, а камбионы ангелов.

Проблема в том, что и те, и другие могут чувствовать лишь выплеск энергии. А кто конкретно посетил наш мир, можно лишь гадать. Помимо этого есть священные и проклятые места, пропитанные энергетическими полями. Это, можно сказать, слепая зона.

Попробуй найти магический след, когда место, например, пропитано болью убийства невинных людей. Пока нарушитель не воспользуется силами, найти его и понять к кому из крылатых он принадлежит, будет невозможно.

– Что происходит? – испуганно пискнула Эрия, когда Барлак исчез. – Я схожу с ума? Уверена, что видела, как он испарился. А еще ты видел его? Он не человек?

– Это действие клинка, – вздохнул я, понимая, что пришло время вводить ее в курс дела. – Пойдем.

Мы прошли в кабинет, где я усадил девушку на кресло.

– Когда люди были изгнаны из рая, многие ангелы посчитали, что тем самым человечество было отвергнуто как раса.

Каково же было их удивление, что люд живет себе припеваючи, и имеет возможность вернуться на небеса. Тогда как оступившиеся ангелы – падшие, домой вернуться уже не могли. Не все смирились с таким положением дел. Сами же падшие, став демонами, озлобились и вносили смуту в жизнь людей. Под видом даров они давали им больше возможностей к грехопадению. Так Азазель дал им амбиции, Асмодей – чувственность, Левиафан – алчность, Лилит даровала наслаждение похотью, Вельзевул внушил чувство безнаказанности…

– Зачем ты мне все это рассказываешь? – Эрия нервно нахмурилась.

Она начинала понимать, что происходит, но отказывалась в это верить. Девушка встала и прошлась по комнате, бесцеремонно осматривая попадающиеся под руку предметы.

– Искушение – твой самый страшный враг сейчас, – сказал я, хватая ее за руку и усаживая обратно в кресло.

– Я не хочу слушать это все, – покачала она головой, закрывая глаза.

Отрицание – абсолютно бесполезный механизм защиты мозга. Благо, в данных обстоятельствах легко преодолимый.

Поэтому я грубо выкрутил руку Эрии и приблизил к ее же лицу.

– Ты делаешь мне больно, – гневно сказала она.

– Смотри, – указал я ей на черные завитки. – Ты должна понимать, что с тобой происходит, чтобы бороться с этим. Твое поведение будет меняться, а мысли затуманиваться. Я пытаюсь объяснить, с чем тебе предстоит иметь дело.

Ее поведение уже становилось иным. Трансформировалась сама суть присущих ей черт.