Мое прошлое и настоящее

Даже когда я работала официанткой, не так часто улыбалась клиентам, потому что они мне были противны, ставили они себя не известно чего.

Покачав головой, я продолжила свой путь к номеру. Проходя по коридору, я любовалась картинами, которые висели на стенах. Моё больное место – это искусство, картины меня всегда успокаивают, когда смотришь на них, то будто попадаешь в картину и понимаешь язык художника, как он писал, кто его натурщики.

Досмотрев картины, я вставила ключ в замочную скважину и повернула в право, затем тихо, будто кралась прошла по комнатам.

– Чего так долго? Ты уже в номере?– Голос у неё всё так же озабоченный и даже не много дрожал, но я решила на это не обращать внимание и пыталась быть спокойной.

– Да, в номере. Гостиница называется «Венера», номер комнаты тринадцать, я тебя жду.

– Ага, знаю где он находится, я скоро буду.

Нажав на кнопку отбой, я откинула свой телефон на кровать и свернулась калачиком.

Закрыв глаза, я медленно проваливалась в сон: снова эта жуткая тьма и холод, я не понимаю где нахожусь…. И тогда я решила идти прямо, в надежде, что найду выход из этого положения. Но ничего не выходило, кроме темноты и холода я ничего не видела и не ощущала. Я решила бежать, страх одолевал моим разумом, во мне появилась паника, но кричать я не могла… мои губы были пришиты. Вдруг я услышала знакомый голос, он становился всё ближе и ближе, но не могла разобрать куда мне идти.

Марта сидела на кровати, её взгляд был испуганным, она держала мою левую руку. Приподнявшись на кровати, я схватилась за голову, переворачивая все свои мысли в реальность.

– Ты чего двери на ключ не закрываешь?

Посмотрев на Марту, я не могла понять, что происходит.

– Подумаешь, не закрыла. Ты лучше расскажи, что случилось и кто хочет моей смерти?– Мой голос звучал спокойным, что злило Марту, хоть она этого не говорила, но по лицу видно.

– Я не знаю подробностей твоей прошлой жизни, но ты серьёзным людям перешла дорогу.

– Шесть лет, я не кому не могла перейти дорогу, так как сидела в тюрьме, затем работала как проклятая официанткой, шесть лет, я никуда не в лазила и шесть лет, я боролась со своими привычками. – Меня переполняла обида, что Марта теперь мне не верит.

– Ты не думай, что я тебе не верю…, я верю. Ко мне днём на работу, пришёл мужчина, лет тридцати.