Из Крыма с ещё большей любовью

Алексею Алексеевичу после выпитого захотелось есть, и он аккуратно вскрыл окно соседнего кабинета, залез внутрь и подошёл к холодильнику, достал оттуда недорезанный кусок буженины и стал искать нож, открывая ящики своих коллег.

За дверью послышалось цоканье женских каблуков, и он заметался по комнате, чуть не выронив буженину на пол. Куда бы он ни пытался спрятаться, его везде, так или иначе, было видно. В самый последний момент он бросил взгляд на старый, немного покосившийся платяной шкаф с заедающей дверцей.

Этот шкаф, доставшийся ему от предшественника, Астахову никогда не нравился, и он переставил его в другой кабинет. В сложившейся ситуации нелюбимый предмет интерьера стал просто спасением для Алексея, и он без раздумий залез внутрь, аккуратно закрыв за собой дверцу. Раздался характерный щелчок замка.

– Чёрт! – пробормотал он. Этот щелчок был ему известен и означал лишь одно: выбраться самостоятельно он уже не сможет.

Вошла Анжела, а за ней четверо сотрудников.

– Тут его нет, как видишь, – сказал Александр Буттылко.

– Да вижу я. Хорошо улизнул от меня Астахов! Сразу видно – профессионал! – иронично добавила девушка, прохаживаясь по кабинету.

– Тогда чего вы тут празднуете? – Анжела обернулась и пристально посмотрела на полицейских.

– Эм, ну… это… – начал Жора, подбирая нужные слова.

– Не тяни, Каплан!

– У Аслана вчера был день рождения, – взял инициативу в свои руки Олег Винников. – Вот, теперь он проставляется. Астахов приехал, поздравил его, повысил даже в звании, – и он вырвал из рук Пенерджи новые погоны и помахал ими перед лицом Анжелы, – и куда-то уехал.

– Куда?

– Домой! – неожиданно вырвалось у Аслана.

– Давно бы так! – произнесла Анжела и ушла. Полицейские проводили её взглядом до парадной двери, после чего рванули к окну, распахнули его и начали звать полковника.

– Да не орите вы, – послышался приглушённый голос Астахова из глубины шкафа. – Я здесь!

– А что Вы там делаете? – спросил Каплан.

– Как что?! Подрабатываю на полставки вешалкой, – ответил их начальник, хихикнув.

 – Лучше дверцу помогите открыть, а то её опять заклинило. Этот китайский замок открывается только тогда, когда пнёшь дверцу снаружи.

Полицейские с первой      же попытки открыли дверцу: перед ними стоял Алексей Алексеевич, откусывая прямо от куска буженины.

– Приятного аппетита! – проговорили они хором.

– Да пошли вы к чёрту! – раздражённо произнёс Астахов, проглатывая прожёванный кусок.