Вселенная разума

Я не хочу, чтобы кто-то препарировал мой внутренний мир. Я молча меняю окружающий мир своими изобретениями. VOID – не просто производитель часов. У нас в запасе множество куда более грандиозных задумок, и скоро мы удивим вас.

«Любопытная личность этот Маршал Макналти», – заключил Элиот, дочитав интервью. – «Почему его лицо пробуждает во мне какое-то смутное воспоминание?»

Он достал дневник болезни и записал:

3 сентября. Наткнулся на фото Маршала Макналти в журнале. Его лицо кажется мне знакомым.

«Мог ли я встречаться с ним в период с 11 августа 2021 по 22 июля 2022?» – продолжал размышлять Элиот. – «Как могло произойти это знакомство? Случайно пересечься с таким затворником невозможно. Стало быть, он сам связался со мной. Но зачем бы ему это понадобилось? Если его секретарь действительно контактировал со мной, у меня должна быть визитка».

Элиот полез в карман за портмоне, но, с трудом выудив, уронил его. Бубня ругательства, мужчина наклонился, но поднимаясь, ударился затылком о столешницу.

Тем самым он потревожил стоящий на столе кофе и пролил его. Элиот чертыхнулся. Белая футболка была в коричневых пятнах. Мужчина с досадой поглядел на запачканное одеяние. Уже нужно было отправляться на прием, так что времени возвращаться домой не было. Он подошел к Бекки за помощью.

– Я немного запачкался, – он развел руками.

Бекки рассмеялась и дала ему черную футболку с зеленым логотипом, изображающим сирену.

– Сколько с меня?

– Возьмите даром. Как-никак, вы наш постоянный гость, – улыбнулась девушка.

Поблагодарив, Элиот покинул заведение.

***

В 14:53 Элиот был у кабинета Мишель Кинг, дожидаясь, когда его пригласят. В коридоре клиники, на обеих противоположных стенах, на расстоянии трех футов друг от друга висели картины в стиле абстракционизма, призванные увлечь созерцателя своей вычурной неправдоподобностью и помочь абстрагироваться от насущных проблем. Стены были окрашены в мятный цвет, который, как предполагалось, должен был успокаивать, но наводил тоску.

Разглядывая копию «Лебедей, отражающихся в слонах» Дали, Элиот хотел бы отвлечься от того, что его волновало. Но это было невозможно, потому что предмет его беспокойства, был благополучно забыт, хоть и оставил необъяснимое чувство тревоги.

Наконец, в пять минут четвертого, из кабинета миссис Кинг вышла заплаканная женщина. Она каждую субботу приходила на прием за час до Элиота и всегда выходила со слезами на глазах.