Иван да Марья

Замечание было верное, я действительно был обеспокоен одной думой, точнее не самой думой, а неким чувством, которое стало появляться у меня в последнее время.

– Моя ошибка. Такое больше не повториться. – ответил я.

Ратмир кивнул мне, мы дружески стукнулись кулаками.

– Ну а ты Мышь, чего под ногами мешаешься!? Попали в тебя, сразу отбежал, а не ползай по всему, словно ребёнок малый под столом. – продолжал возмущаться старший брат.

К нам подошли ребята с другой команды, один из них сказал.

– Три очка за эту победу нам.

– Да. Сегодня ваша победа, поздравляю. – ответил я. – Легко выигрывать когда зубки острые?

Щука сердито сморщил лоб. Это был мордатый парень, с редкими каштановыми волосами на бороде и вытянутым подбородком. За что и получил своё прозвище. Он приблизился ко мне вплотную.

– Ты чё хочешь сказать, мы жульничали, а?! – говорил Гостислав, он же Мышь.

Он не отказывал себе в удовольствии больно кусаться. В любых соревнования, будь это бой на мечах, перетягивание верёвки и даже в лапте он умудрился укусить меня.

– Да! Вы нечестно играли. – я показал свою руку, в ссадинах от укусов.

– А это…Это не мы! Ты сам споткнулся и поцарапался. – начал оправдаться Щука. – А ты чё ноешь, как девица! Ручку поцарапали, радуйся что не личико твоё красивое! – пытался съязвить он.

– Хвала! Что ты ценитель моей красоты. – я ухмыльнулся ему.

Ребята с моей и другой стороны встали рядом с нами, готовые в случае чего вступиться каждый за своего.

– Ну ка! Чего там собрались?! – сказал строго учитель, сурово смотревший на нас.

– Ничего дядька! Хотим поздравить победителей! – ответил я, вытянув руку для пожатия Щуки и его команде.

Он миг о чём-то размышлял, но всё таки ответил на рукопожатие.

– На сегодня всё. Послезавтра в то же время всех жду. – сказал учитель и отпустил нас домой.

Как обычно никого не наказав, за лёгкие нарушения правил.

Ребята с обоих команд стали собираться уходить со двора, при одном из открытых храмов с изваянием Сварога, которые использовалось как место для обучения искусству на мечах, парней от пятнадцати до восемнадцати. Младших пока учили их отцы и деды.

– Как мы могли им проиграть?! – спросил Слава. – уставившись на ребят из другой команды. – У них же не ловкости, не техники. Только выпендрёж. – говорил он, затягивая чеботы покрепче.