Дерзкие забавы

Но его пульс размеренный и медленный: тук, тук, тук… даже под моими прикосновениями.

– Лизни меня.

Его пальцы скользят по моей шее, вокруг цепочки, прижимаются к моему затылку и снова захватывают мои волосы.

Кончик моего языка, вырвавшись на свободу, едва касается его кожи, и Финн издает низкий, сладострастный стон. На вкус он как соль и воздух, как будто океан впитался в него, когда он был еще совсем маленьким и даже не умел ходить.

– Ложись.

Его пальцы отпускают меня, а взгляд – нет. В этот момент я вспоминаю, что Финн старше меня на десять лет и я, наверное, должна сейчас выглядеть наивной и испуганной.

Интересно, имеет ли он представление о том, насколько у меня отсутствует опыт отношений с такими любовниками, как он.

– Я собираюсь привязать тебя и целовать эту сладкую киску. Я хочу слышать, как ты выкрикиваешь мое имя, когда кончаешь мне на губы.

Я ложусь на кровать, поворачиваюсь и ползу к центру. Я выросла на пляже и привыкла быть в бикини на глазах у многих людей, но с Финном мы все время трахались в темноте.

И мне немного странно быть сейчас совсем голой, в то время как он почти одет, и ползти на руках и коленях по кровати при ярком свете дня.

Оперевшись на колени и локти, я жду, что он присоединится ко мне, но он качает головой:

– Ляг на спину. Закрой глаза. – И в ответ на мой подозрительный взгляд произносит спокойным, низким голосом: – Ты хочешь этого или нет?

Прежде чем сделать то, что он говорит, я смотрю на ширинку его джинсов, которые от времени стерлись и стали мягкими, но под которыми сейчас вырисовывается отчетливая и внушительная выпуклость.

Он уже уверен, что мое тело готово, и я знаю, что мы будем делать. Где-то на краю я чувствую угрозу паники и страха, а моя потребность убежать от своих собственных мыслей вызывает у меня самой раздражение.

Он видит, куда направлен мой взгляд, и кладет ладонь на член, слегка потирая его и улыбаясь:

– Ты получишь его немного позже. А сейчас ляг на спину.

Подушка плотная и твердая, но хлопок покрывала приятно мягкий и теплый для моей обнаженной кожи. Матрас прогибается, когда Финн встает с кровати, проведя рукой у меня между ног.

Он обматывает веревкой свою запястье, а потом пропускает ее под моим телом. Он тянется дальше, протягивает веревку подо мной и крест-накрест перевязывает мне туловище. Обернув ее вокруг одной руки, он тянет ее вверх к плечу и затем обратно к груди с другой стороны.