Запрети мне любить

Брови Тигра сведены вместе. Я тону в темном бездонном омуте его глаз, он будто высасывает из меня душу. Четко очерченные губы начинают шевелиться, а я не слушаю…

– Я думал, мы друзья, пуговка, – цедит он зло слова.

– Ты друг моего брата, а не мой, – произношу ему в лицо. Плечи вжимаю в стену, ведь стоит мне слегка потянуться вперед, коснусь его тела. – Я помню, ты говорил, что не веришь в дружбу между мужчиной и женщиной. Один из них обязательно видит в другом объект желания, а другой на этом просто умело играет, – эти слова Тигр произнес несколько лет назад, а я не смогла забыть.

– Я не играл на твоих чувствах, Маша, – ему становится некомфортно. Между нами вырастает дистанция. Но ее еще недостаточно, чтобы сбежать.

– Нет никаких чувств, Миша. Забудь, что я тебе предлагала встречаться, – мне до сих пор стыдно за свой импульсивный поступок. Это же надо было так опозориться…

…

Несколько месяцев изнурительных тренировок и массажей. Я каждый день была рядом. Помогала и не позволяла опускать руки.

– Машка, ты ангел! Я тебе жизнью обязан…

– Жизнь мне твоя не нужна, Тигр, – ткнула его несильно в бок и подняла к его лицу взгляд. – Давай попробуем встречаться? – я была так счастлива, что разум помутился. Как я могла такое предложить? Придумала себе! Каждый взгляд, прикосновение, улыбка расценивались мною, как зарождающиеся с его стороны чувства, а это была всего лишь благодарность.

Такие мужчины, как Тигр, привыкли добиваться женщин.

– Я пошутила, не напрягайся, – выдавила из себя, но так неубедительно лгала, что начала краснеть. Хотелось сбежать, но я заставила себя стоять на месте, чтобы не растерять остатки гордости. И даже кривила губы в улыбке. Одна необдуманная, сказанная на эмоциях фраза может разрушить все.

– Пуговка, уже поздно, я тебе такси вызову, – Миша не ответил на мою улыбку, сам дошел до телефона и вызывал машину.

Только у двери, когда провожал меня, он добавил:

– Маша, спасибо тебе огромное за все, – так благодарят, когда чувствуют кукую-то вину. Я уже знала, что меня больше здесь не ждут. – Я перед тобой в неоплатном долгу, но тебе больше не стоит ко мне приходить, – будто нож в сердце вонзили.