Подари мне свет

Это непрофессионально, еще подумает, что я маньяк какой-то. Подхожу к столу, сажусь за компьютер.

– Набокова – это вы? – спрашиваю, увидев, что в списке пациентов за сегодня есть только одно новое имя.

– Да, – все так же печально отвечает девушка.

Открываю карту, заполняю стандартную информацию, отмечаю галочками анализы и виды исследований.

– В кабинете напротив вам возьмут анализ крови, – отрываю взгляд от монитора. Снова встречаюсь с ее омутами, обрамленными густыми черными ресницами. Если бы только этот взгляд был не таким печальным.

Тогда почему мне так не хочется ее отпускать?

– Пойдемте, я вас провожу, – говорю, не выдержав битву с самим собой. Я бы ее за руку взял, но, боюсь, это уже точно будет не по правилам.

Встаю и открываю перед ней двери. Она поднимается, держась за живот. Медленно идет за мной. Глядя на ее мучения, мне и самому не по себе становится. Но я должен быть сильным, мне еще оперировать предстоит.

Она тихонько проплывает мимо, садится в кресло, стойко терпит процедуру. И, вместо того, чтобы свалить, как положено врачу, я все это время стою рядом. Зачем – непонятно. Сам не знаю. Веду ее на УЗИ, а потом к гинекологу. Хорошо, хоть хватило ума не завалиться вместе с пациенткой к последнему. Даже мужей на такую процедуру не всегда пускают. А я чего приперся – совсем непонятно. Ведь все данные в ее медкарте будут.

Короче, плетусь в кабинет, открываю карту.

Как я и думал, это аппендицит. Нужно срочно оперировать.

Робкий стук в двери, и я уже знаю, кто это.

Анжелика заглядывает в кабинет испуганной ланью.

– Можно? – тихо спрашивает она.

– Да, проходите. Присаживайтесь, – киваю на стул рядом, сейчас вам все расскажу.

Она аккуратно садится на край стула, чуть скривившись от боли.

– Это аппендицит. Сейчас идите в комнату, которая находится справа от выхода.

А у самого внутри все сжимается, когда смотрю на ее перепуганные глаза.

– А без операции нельзя? – спрашивает робко.

– Вы же знаете, что аппендицит лечится только операцией.

Она робко кивает, встает и выходит. А я, как идиот, спешу за ней.

В предоперационной медсестры уже приготовили койку. Девчонка смущенно сжимается, явно стесняясь раздеваться. А тут еще я приперся.