Подари мне свет

Иду на кухню и завариваю долгожданный кофе. Новая мебель сияет чистотой. Анжелика тут смотрелась бы просто великолепно. Гораздо лучше, чем в той убогой комнатушке. Делаю глоток и иду в гостиную.

Комната выглядит огромной, когда я один. И почему я раньше не замечал этого? Вот тут, на диване мы могли бы уместиться втроем очень запросто.

Стук в двери отрывает меня от моих мыслей. Кто это может быть? Я никого не жду.

Иду открывать с кружкой в руке.

– Сюрприз! – радостно возвещает Алена, прыгая с порога мне на шею.

– Осторожно, у меня горячий кофе, – пытаюсь вразумить свою коллегу, которую очень трудно в чем-то убедить, когда она уже все за тебя решила. Взят, к примеру, этот ее визит ко мне. Мы ведь не договаривались. Меня же просто могло не быть дома.

– Панарин, кофе так поздно! – Надувает она губки, проходя в комнату. – Фу, какая гадость!

Может, и гадость, но это не ее дело.

– Ты зачем пришла?

Она поворачивается ко мне и резким движением развязывает пояс на платье. Оно тут же рассыпается, раскрываясь, как халат.

Ее фигура, красиво упакованная в новый комплект белья, выглядит просто идеальной. Хоть сейчас бери камеру и снимай для модного журнала.

Аленка всегда была такой. Прямолинейной и надежной. Всегда под рукой. И, что мне всегда в ней нравилось, – она никогда не требует ничего взамен. Никаких жертв и обязательств. Идеальное сочетание красоты и беспечности.

Отставляю кружку с еще горячим напитком в сторону. Подхожу к Аленке и обхватываю ее грудь рукой. Она сладко стонет и выгибается мне навстречу.

С ней все просто. Заводится с пол оборота и никогда не выпендривается, если мне хочется попробовать что-то новое.

Провожу рукой по кружеву бюстгалтера, и, нащупав спереди застежку, легким нажатие расстегиваю. Стягиваю с плеч бюстгалтер вместе с платьем. А потом запускаю пальцы ей в волосы и, с силой сжимая их, оттягиваю вниз, заставляя ее запрокинуть голову. Аленка взвизгивает от боли, но мне это даже нравится. Наклоняюсь и впиваюсь в губы, выбирая жесткий поцелуй, вместо ласкового.

Ее наглость, умноженная на красивую похоть, разозлила и завела одновременно. Я не просил приходить, но и отталкивать ее не собираюсь.

Отрываюсь от ее губ и грубо толкаю, заставляя упасть на диван. Она снова взвизгивает, но не протестует. Как всегда, позволяет мне делать с ней, что захочу. Я быстро стягиваю с нее кружевные трусики. Запускаю руку между ног, грубо надавливая на клитор. Привычно податливая плоть отзывается вмиг обильной влагой.