Девочка Сокола

С ним я и решила обсудить участие, если все не так, как я подозреваю, то можно и помочь друзьям.

Легким кивком дал понять, что слышал. Мне хотелось остаться с друзьями, но душа была не на месте, ведь я не знала, что происходит с мамой. Заскок закончился, пора разгребать разрушения, которые после моего поступка наверняка остались. Достала телефон, чтобы вызвать такси, но музыка играла так громко, что звонить в таком шуме бесполезно. Пришлось идти на улицу. Не успела набрать, потому что мое внимание привлек шум мотоцикла.

«Что-то много их сегодня…»

Нет, не много. Этот мотоцикл был знаком. И шлем. И наездник, глаз которого не было видно через стекло, но я была уверена: он стоит там и прожигает во мне дыру…

******** ********

Кира

Не верилось в то, что он здесь оказался случайно. Таких случайностей не бывает. Артем приехал по мою душу. Как он мог узнать, где меня искать? Да просто: у мамы в телефоне стоит программа, которая до нескольких метров определяет мое местонахождение.

Такая же программа стоит до сих пор у отца. Папа установил ее несколько лет назад, чтобы всегда знать, где меня искать в случае чего. Но таких «случаев» не было, домашняя девочка никуда не ходила.

Артем перекинул ногу через байк, но с сиденья не поднялся, шлем не снял.

Холодом обожгло каждый позвонок. Захотелось обхватить себя руками, будто это могло меня спрятать или, на худой конец, согреть.

Забытое за два года чувство страха всколыхнулось где-то в области солнечного сплетения, затягиваясь в болезненный узел.

«Бежать!» – страх отдал приказ, но я осталась на месте – не потому, что настолько смелая и готова смотреть страху в глаза, а потому, что мой инстинкт самосохранения заточен умелым мастером. Бежать – будить инстинкты хищника. Догонит – разорвет. Я этот урок с детства выучила, от разгневанного отца не стоило прятаться, потому что потом он долго ругался, а если сразу принять наказание и выслушать гневную тираду с замахами ладони у лица, то ничего, обойдется.

Отец меня практически не бил, но я все равно его боялась.

Боевой полковник спецподразделения, прошедший не одну горячую точку, каждая из которых оставила глубокий след на его психике. Его списали в запас – и правильно сделали. Порой он напоминал дикое животное – мог повести себя непредсказуемо.