Колода предзнаменования

Поначалу Харпер просто разминалась. Делала растяжку, которую Августа немного изменила, учтя тот факт, что у ее подопечной нет руки, затем выпады и быструю пробежку по двору. К концу Харпер вся взмокла от пота и порадовалась, что надела тренировочную форму. После сорока пяти минут физического труда она почти полностью осушила бутылку воды и, тяжело дыша, опустилась на колени под деревом, которое превратила в статую. Ветви над ней сияли в свете закатного солнца.

– Теперь, когда мы закончили с основами, – сапоги Августы появились в нескольких сантиметрах от колен Харпер, давя под собой сухие осенние листья, – давай обсудим твою силу.

Харпер подняла голову. Лицо Августы ничего не выражало, но она гадала, не были ли их мысли наполнены одними и теми же воспоминаниями. О ночи, когда Харпер схватила ее руку и чуть не превратила в камень. О ночи, когда она упала в озеро. О ночи, когда ее жизнь изменилась навсегда.

– Ладно.

Харпер начала вставать, но, как ни странно, Августа покачала головой.

– Нет, я тоже присяду.

Женщина опустилась на листву, скрестила ноги в черных кожаных сапогах и чопорно положила руки на колени. Харпер не помнила, чтобы она хоть раз говорила с Августой Готорн с глазу на глаз. Она ожидала, что ее взгляд станет даже более пронзительным вблизи, но он стал мягким. Закатное солнце углубило морщинки вокруг ее глаз и объяло пламенем короткие светлые волосы. И тогда Харпер пришло в голову, что эта женщина наблюдала, как город рушится в ее хватке, и несла всю тяжесть леса на своих плечах.

– Что происходит, когда ты превращаешь предмет в камень? – поинтересовалась Августа. – Опиши сам процесс.

Харпер замешкалась.

– Я будто… толкаю, – объяснила она, вытягивая руку. – И сила вытекает отсюда.

– Значит, она сосредоточена в ладони, это естественно, – кивнула Августа, нахмурившись. – Похоже, сила отвечает на твой зов, так в чем проблема?

– Я не знаю, когда остановиться.

Слова прозвучали тихо и стыдливо. Харпер всегда считала, что, будь у нее сила, из нее бы вышел отличный основатель.

Возможно, она быстро всему научилась бы, если бы Августа дала ей шанс, а не сразу сняла ее со счетов. Возможно, тогда бы меньше людей пострадало от Серости.