Дневники чудовища. Освобождая души

На лице застыла маска ужаса, а окровавленные губы были приоткрыты и словно что-то хотели сказать. Заметная рана была одна. Самая глубокая от левого уха до правого, рассекала горло, обнажая гортанный хрящ. На забрызганных артериальной кровью нижних фасадах белого кухонного гарнитура отчетливо выделялась надпись, выведенная кровью, заглавными буквами: «ТЫ СВОБОДНА».

– Здравствуй, дарагой! Сожалею, что сорвали вам ррыбалку, – сказал доктор Геворкян Максиму. – Но, похоже, ваш отпуск отменяется.

В голосе доктора слегка проскакивали нотки армянского акцента, несмотря на то, что он уже более тридцати лет жил и практиковал в Москве.

– Я был на автостраде, когда меня вызвали.

– Я только начинаю асмотр, – сказал доктор Геворкян. – Так что, дарагой, вы прибыли вовремя. Налицо видно, что смертельным ударом послужило ррассечение горла. А теперь внимательно посмотрите сюда, – доктор шире приоткрыл рот трупу и направил луч фонарика прямо в ротовую полость. – Что вы видите?

– Языка нет, его отрезали.

– Да, судя по рровным краям рраны, жертва либо не сопротивлялась, либо язык был отсечен после смерти. Вся остальная информация позже, после вскрытия.

Глядя на жертву, на всю обстановку вокруг, Максим в какой-то момент впал в оцепенение, за время которого он успел перенестись в прошлое и обратно в реальность, вспомнив другую мертвую женщину. Проскакивало явное сходство.

– Тебе это не напоминает случай с Соколовой Натальей, парикмахером? – пробормотал Макс.

– Поднять дело Соколовой из архива, на случай, если понадобится перечитать его? – сказал Денис.

Макс не видел в этом необходимости. Он хорошо помнил все нюансы дела Соколовой, которым руководил. Год назад пятидесятилетнюю Наталью Соколову, работавшую в салоне красоты «Шик Блеск Красота» парикмахером, нашли мертвой в ее собственной квартире. Администратор салона заволновалась, когда жертва не явилась на работу, и позвонила дочери в надежде, что та разъяснит ситуацию. Дочь поспешила домой к матери и обнаружила ее труп в ванной.

– Да, кстати, где то, что осталось от языка? В мусорном ведре? – спросил Максим.

– Совершенно верно, там мы его и обнаружили, – ответил один из сотрудников опергруппы.

– Как и в случае с Соколовой, – прошептал Макс Денису.