Прости за любовь

Вот же я дура! Надо было соврать, что уже обедала, а не садиться к нему в машину!

– Ты хочешь обедать здесь? – мой голос прошелестел почти безжизненно. Что я там говорила про неприличный аванс? Вот его то мне почти хватит на трапезу в этом дворце!

– Ты не любишь итальянскую кухню? – спрашивает так, будто, вся проблема может быть только в этом.

– Нет, то есть, да. Не знаю, – путаюсь в показаниях, как полная идиотка.

– Думаю, тебе стоит попробовать, чтобы определиться, – Руслан сказал это мягко, даже ласково.

Если он вообще так умеет. – Пойдем.

Он вышел из машины, обошел автомобиль спереди и открыл двери с моей стороны. Моя ладонь машинально легла в протянутую ладонь. Снова стало тепло от его пальцев, и это опять удивило, хоть я и должна была уже привыкнуть.

Глава 9

– Ваш столик свободен, Руслан Владимирович, – приветливо улыбается девушка-администратор мужчине.

Она даже не смотрит на меня, все ее внимание акцентировано на Руслане. И, быть может, это к лучшему. Пока она ведет нас по проходу к столику, я рассматриваю публику этого заведения, и мне становится неловко из-за моих потертых джинсов и не самого нарядного свитера.

Мое присутствие здесь кажется нелепой случайностью. А еще большей небылицей выглядит то уважительное внимание, которое проявляет ко мне мужчина. Знаю, его так воспитали, это просто машинальное поведение. Но я-то выросла совсем в другой реальности!

– Спасибо, – говорю смущенно, когда Руслан придвигает мой стул, помогая мне разместиться за столом.

Заглядываю в меню. Но смотрю не на аппетитные картинки блюд, а на ценники. Неужели салат может столько стоить?! Пытаюсь отыскать хоть что-то подешевле. Но из вариантов только мороженое и вода. Сказать, что я не голодна?

– Тебе здесь не нравится? – спрашивает Руслан. Конечно, его прокурорский взгляд уже подметил мое выражение лица, и мужчина интерпретировал мое настроение на свой лад.

– Нравится, – говорю.

Мне неловко, но соврать ему у меня снова не получится. Есть какая-то магия в его серых глазах.

Они смотрят в душу, не давая мне шансов отвертеться.

– Для меня тут слишком дорого, – говорю, закрывая меню. – Прости, что не сказала об этом сразу.

Серые льдинки, сузившись, впились в мое лицо, обжигая арктическим холодом.

– Тебе не нужно об этом думать, я заплачу, – вот и все, что он сказал. Холодно и спокойно. Невозмутимо непробиваемо.

Мама учила быть независимой. И я не послушала ее лишь однажды, когда вышла замуж за Диму.