Между небом и раем

Детка, если бы ты знала, сколько раз меня обманывали и предавали, то не парилась бы так из-за всякой фигни.

– Нет, не боюсь, – улыбка стала шире.

Наверное, мне надо еще привыкнуть к ее порядочности и гиперответственности. Отвык я иметь дело с теми, у кого совесть еще есть.

– Подписывай, – говорю приказным тоном.

Она чуть вздрагивает. Как и всякий раз, когда слышит от меня приказы. Черт, надо бы с ней помягче. Малышка еще совсем. Но, надеюсь, она все же не из робкого десятка. Будет слушать меня – станет богатой женщиной.

Маша берет ручку и ставит свою подпись.

– Умница, – похвалил ее, чтобы успокоить. Но она только сильнее напряглась. – А теперь иди домой и жди моих инструкций.

– Я только переоденусь, – говорит она, смущенно опуская взгляд. И опять краснеет.

С чего вдруг? Бесит ее скромность. Не по возрасту закомплексована. Сейчас не те времена, чтобы ты так смущалась детка. Да и не съем же я тебя. Поможем друг другу. Потом еще вспоминать с благодарностью будешь.

– Давай, – киваю, не отводя от нее взгляд, пока девчонка не скрылась в ванной комнате.

Занятная она все-таки. Местами наивная, а иногда вообще ведет себя, как ребенок. Но при этом умудрилась сохранить порядочность, несмотря на нравы, которые прививают в Европе всем, чуть ли не с младенчества.

Снова захотелось курить, но я сдерживаю себя. Отчего-то мне неприятно видеть, как ее напрягает каждая выкуренная мной сигарета. По глазам вижу, что ругает себя, считает виноватой, думая, что так вредит мне.

Маша выходит из ванной в этой уродской форме уборщицы, которая ей совсем не идет. В платье было гораздо лучше.

– Я пойду, – говорит она, опять смущаясь. Да что же это такое?!

– Иди, – говорю, – и пакеты с одеждой не забудь.

Встаю с кровати, подхватываю со стола папку с документами.

– Держи. И не забудь в чемодан положить, – напутствую ее.

– Хорошо, – кивает. Ее лицо напряжено так, будто я ей запуск орбитальной станции доверил, не меньше.

И чего она боится? Неужели, меня? Вот глупая!

Подхватывает пакеты и поворачивается к двери.

– Маша, – окликаю ее. Она оборачивается. – Удачи.

Девчонка снова краснеет, отводит взгляд.

– До свидания, Глеб Александрович, – говорит, дергая ручку на двери.

Прочитала мое имя и запомнила, значит? Умная малышка.

– До встречи, – говорю ей вдогонку.