Игрушка для Шакала

Но держится с таким достоинством, что сразу понимаешь: кровь – не водица, передо мной наследница Аралова собственной персоной.

С интересом рассматриваю ее, бесстыдно облизываю взглядом голые ноги и, обтянутые тканью платья, бедра. Пожалуй, я поиграю с тобой, милая. Пока не надоест.

Поднимаю взгляд к ее губам, ярким, явно без помады. Хочется потрогать эту прелесть, покорить неприступную крепость. В голове мелькнула шальная мысль о том, как буду подчинять бунтарку. Смять непокорность, сломать, приручить.

Хочу видеть ее податливой и на все согласной. Подмять под себя и трахать. Даже руки зачесались. А что? Почему нет? Но это потом, а сейчас нужно держать своего зверя под контролем. У нас еще будет время.

– Снимите с нее наручники! – рявкаю через плечо охраннику. Тот послушно выполняет приказ.

Девчонка облегченно выдыхает, растирает затекшие запястья. Мой взгляд невольно опускается на ее руки, где алеют красные отметины от наручников, и мне не нравится, как это выглядит.

Совсем, блять, не нравится. Не должно их там быть. Не вписываются такие рисунки на коже принцессы в ауру всего облика, слишком хороша девка.

– Пойдем со мной, – говорю девушке.

Разворачиваюсь и выхожу из комнаты. Я знаю, даже не поворачивая головы, чувствую, что она идет за мной. Какая бы не была дикая, а пару часов в подвале отрезвят любую. Вот и она стала послушной.

Иду в дом, девчонка семенит за мной, цокая шпильками по паркету, как отбойником по нервам. Заходим в дом, я останавливаюсь у лестницы, резко разворачиваюсь.

– Давай, топай по лестнице, на второй этаж, – командую ей.

Нет, я не думаю, что она осмелится на какую-то диверсию, да и сбежать не сможет. Мне просто захотелось посмотреть на нее сзади, когда она станет подниматься. Только вот, идея оказалась дерьмовой.

Это я понял практически сразу же, когда от одного взгляда на упругую задницу, обтянутой тканью, в паху больно заныло. А она еще вышагивает, виляя бедрами. Не знаю, осознанно меня дразнит или это так все принцессы ходят? Руки так и тянутся к ее булкам, пришлось в карманы их упаковать, чтобы не надумали вольничать.

Мы поднимаемся наверх, девушка замирает, не зная, куда двигаться дальше.

– Вперед, вторая дверь слева, – шепчу ей, наклонившись к уху.

И это было охренительно тупой идеей. Вдыхаю ее запах, и меня ведет. Охуительно пахнет девочка, вкусно. Еще и прядь ее волос лица коснулась. Сладкая, шелковистая.