Афера

Но ему хорошо меня видно, и я чувствую, как он облизывает меня взглядом. Кожу покалывает от этого взгляда, как от укусов. И в местах укусов расползается жар.

Он проводит костяшками пальцев по моей щеке, и запускает пальцы в волосы, чуть поглаживая кожу голову. От каждого прикосновения по телу пробегает электрический разряд, который оседает импульсом внизу живота. Дыхание сбивается, и я слышу, как он шумно дышит в ответ.

Его рука ползет по моей шее, опускается к зоне декольте, и я опускаю ткань ниже, обнажая грудь.

Длинные пальцы сжимаются вокруг соска, вырывая из груди стон. Он нежно гладит округлость груди, запуская мурашки на коже.

Внезапно за окном появляются два охранника. Они прикуривают, а я дергаюсь, как ошпаренная, инстинктивно притягивая ткань к груди, прикрываясь.

Гордеев обходит меня и становится за спиной. Запускает руку мне в волосы, с силой сжимает и тянет на себя, заставляя положить голову ему на плечо. Наклоняется и впивается ртом в нежную кожу у меня на шее. Вздрагиваю, но он второй рукой прижимает меня к себе за талию.

– Тшшш, – шипит мне в ухо, – они нас не видят. – Успокаивающе.

Я шумно выдыхаю. Смотрю на охранников за стеклом. Они о чем-то говорят между собой, курят, но даже не смотрят в нашу сторону. Похоже, что нас действительно не видно. Это понимание сразу выключает напряжение в теле. А ощущение постороннего присутствия все равно остается. Но это ощущение больше не пугает, а скорее, заводит еще сильнее. Отпускаю края простыни, и мужчина на миг убирает руку, позволяя ткани сползти на пол.

Я поворачиваю к нему лицо, тянусь к губам, и он тут же впивается в мой рот поцелуем. По телу пробегает дрожь, а сердце гулко стучит в груди. Комната растворяется, уплывая куда-то вглубь сознания. Кажется, что есть только мы, только его руки на моем теле, его губы на моих губах.

Он обхватывает мои запястья, а потом ставит мои ладошки на стекло, заставляя упереться в невидимую преграду, за которой все еще стоят охранники. Отчего-то от этого факта между ног вмиг стало жарко.

Тут же слышу, как сзади шуршит одежда, а потом он входит в меня резким толчком, заставляя вскрикнуть, и на миг замирая. Жар в теле смешивается с невыносимой жаждой, которая пожирает, заставляя прогнуться в спине. И, когда он начинает двигаться, от каждого толчка тело пробивает импульсом удовольствия, которое быстро нарастает и разрывается мощным оргазмом. Слышу свой хриплый стон, а тело все еще вздрагивает от его толчков.