Бунтарка в академии. Турнир Четырёх Стихий

И после всеми силами пыталась меня вернуть, иногда даже применяя не самые честные приёмы, вроде сообщения о внезапной болезни.

Она умная женщина, умела хитростью и правильно подобранными словами повлиять на мужа и направить его советников. Но она никогда не стремилась к власти, была рада избранному ей семьёй мужу и не думала о большем. Меня ведь так же воспитывали, в смирении. Мне была уготована та же роль, что досталась маме. Наверное, всё дело в том, что рядом со мной рос брат-близнец, воспитание которого вызывало во мне вечное чувство неполноценности.

– Мы виделись не больше месяца назад, – беспечным тоном напомнила я.

Как раз тогда она придумала про болезнь. Пришлось появиться в стенах родного дома. К счастью, отец в тот раз не пожелал даже поздороваться со мной. А как только стало понятно, что хворь вымышленная, я унеслась обратно на Землю.

– Ты пробыла со мной всего полдня, – карие глаза наполнились упрёком.

Она аккуратно подхватила длинными ногтями упавшие на моё лицо пряди волос и заправила их мне за уши.

– У вас там не приняты причёски?

– Это не модно, – я махнула рукой, но не стала поправлять волосы.

Под оценивающим взглядом матери становилось неловко. Собственная внешность никогда не вызывала во мне комплексов, я вполне симпатичная, не королева красоты, но мне это и не нужно. Только сейчас, глядя на женщину, каждый жест которой наполнен изяществом, я казалась себе гадким утёнком.

– Я искала хоть что-то полезное. Но тут нет записей Рена, – решила перевести тему разговора.

– Его личные вещи в академии, – моего лица коснулся её тяжкий вздох. – Как можно отправлять тебя на турнир? Это опасно. Вдруг тебя убьют.

– Или разоблачат. Вот будет позорище.

– Ещё хуже, – всплеснула мама руками.

– Спасибо за беспокойство, ма. Не волнуйся, умирать я не собираюсь. Как и трясти грудью. Но можешь рассказать мне больше об исчезновении брата? Что с ним произошло?

– Не лезла бы ты в это, Рика, – покачала она головой, отчего колокольчики в её заколке издали тонкий мелодичный звон.

– И он бы пропустил отбор? Рен готовился к нему последний год.

А у меня совсем мало времени… Вот ведь, везёт как смертнику.

– Пойдём, я подготовила тебе вещи, – она мимолётно поджала губы, недовольная моим отказом.

– Какие ещё вещи? – нахмурилась я.

Мама любила одаривать меня женскими вещицами.