Последние

Дом старый, мрачный, скрипучий и сильно пахнет благовониями. По пути я успела заглянуть на кухню, где горы немытой посуды. Ещё одна комната выглядит как старая лаборатория, заросшая растениями. Она химик? Химик-ботаник – что-то новенькое в мире ведьм и драконов.

– Садитесь.

Похоже, её кабинет. Книжный стеллаж весь ободран, будто ему тысячу лет, валяются всевозможные банки и склянки, коробки и даже камни всех цветов по всему полу. Картины на стенах выцвели от старости, а растения засохли в горшках.

– Ну я вас слушаю, – вздохнула гадалка.

Мы удобно устроились в креслах перед её древним столом, будто на приёме у психолога.

– Это вы нас позвали, – напоминаю я.

– И вам совершенно нечего мне сказать? Или, может быть, спросить?

Я задумалась: да мне вроде нечего спрашивать. Гадалка потушила сигарету в стоящем на столе кактусе, где уже десяток бычков, и закурила новую. Делать из цветка, пусть даже из такого непривлекательного, пепельницу, нехорошо.

– Ну тогда начнём с тебя. – Она посмотрела на меня.

У мамы?

– Хорошо.

– А у папы?

Я остолбенела. Зачем она спрашивает про отца?

– Я… я не…

– Не стоит так переживать, для нашего времени вполне естественно не знать своего отца.

– Я знаю своего отца, – обидчиво заявила я.

– Действительно? И где же он?

Что за чёрт?!

– Не знаю.

– Почему же он не пришёл попрощаться с тобой?

– Что? – Наконец ожила Аня.

– Откуда вы знаете? – опешила я.

Откуда она узнала, что отец не приехал в аэропорт попрощаться со мной? Нет, я, конечно, подозревала о существовании сверхъестественных сил, даже ТВ-шоу смотрю, но не сталкивалась с подобным, и мне становится страшно.

– Не стоит думать о человеке, который всю твою жизнь боялся тебя только из-за сомнений, что ты не поймёшь его глупые поступки молодости. Настанет день, когда он перестанет бояться, и вся твоя обида и непонимание пройдут, а пока просто живи и заботься о матери.

Это что сейчас было? Откуда она всё это знает? Кэндис? Может, она загипнотизировала Кэндис? Что-то я не вижу здесь маятника или хотя бы метронома.

– Теперь ты. – Гадалка посмотрела на Аню.

– Мои родители вместе, – улыбнулась подруга.

– Смешно.

А у этой женщины красивая улыбка, и сама она сразу преобразилась. Резко Тереза убрала улыбку и испуганно округлила глаза, всё это время смотря на Аню. Я сразу забыла про отца и пришла в себя.

– Не может быть, – тихо и восторженно прошептала гадалка.