Заноза для ректора, или Переполох в академии Тьмагов

Она не смотрела восхищённо. В пепельно-серых глазах не было узнавания. Одно лишь, такое неприятное, недоверие.

Элиот давно привык к вниманию женской половины населения, к восторженным вздохам и томным взглядам. А тут… холодом обожгло. До чего ж зашуганная особа встретилась, даже как-то не по себе от этого стало. Неуютно. Гордость, что ли, задело…

– Как вы там сказали, Алиса Мардж? – деловито поинтересовался страж, наливая в кружку крутой кипяток.

– Лучше запишите, – настоял Элиот. – Во избежание недоразумения.

– Так это пожалуйста, – довольно отозвался управленец и полез в ящик стола. – Только он это… барахлит маленько.

– Ничего, уверен, у меня получится связаться с Его Величеством, – отозвался Элиот, обворожительно улыбнувшись.

Взял нужные вещи и вышел в приёмную. Там тише и спокойнее. Устроил кристалл-связи на низком столике, призвал свет и подкинул в воздух сетку плетения, подавляющую шум, ведь разговор предстоял важный.

Эдриан вышел на связь с первой попытки. Наверняка всё ещё торчал в своём кабинете, решая важные государственные дела.

– Удалось что-то выяснить? – спросил сразу, вид имея хмурый. Стол был завален бумагами.

Изображение на поверхности кристалла пошло рябью, но связь не прервалась. Элиот взял бумагу, карандаш, закинул нога на ногу и принялся рисовать. Не то чтобы умел или сильно хотелось.

– Ну как сказать. Юнна Гарси твоя, будто испарилась. Но мне удалось раздобыть её фотокарточку и знаешь, что?

– Мы что, в шарады играем? – недовольно отозвался Король, раздражённо потирая пальцами переносицу. – Ненавижу эту твою нахальную и высокомерную манеру речи. Не можешь просто и по существу?

– По существу скучно, – лениво отозвался Элиот, марая бумагу неровными штрихами. – Так вот, мне кажется… хотя нет, мне не кажется. Я уверен, что наша очаровательная полукровка чем-то очень похожа на тебя, – сунул руку за пазуху колета и извлёк снимок.

Эдриан непроизвольно коснулся пальцами собственного лица.

– Поднеси снимок поближе, – велел, вытягивая шею. – И у тебя слишком тусклое освещение.

Элиот щёлкнул пальцами, зажигая светящуюся голубую сферу.