Императорский отбор. Чужая невеста

Новое испытание?

Глава четвёртая

***

Калем удобно устроился в своём любимом кресле, снял камзол, небрежно бросил его на спинку и разложил на столе двенадцать фотопортретов.

Его не смущал насупленный взгляд младшего брата, не раздражал задумчивый вид Артура и точно не напрягало присутствие его супруги – Сони. Хотя… её взгляд, наполненный Тьмой, до сих пор иногда вызывал дрожь по телу.

Когда у тебя такая большая семья, от родственников никуда не деться. И когда ты один единственный не пристроенный в хорошие, заботливые и любящие руки, все норовят устроить твою судьбу.

– Катарина, – Калем пододвинул к себе фотографию беспризорницы поближе. – Несомненно… притягательна. Она из тех женщин, что обладают харизмой и неким очарованием.

– Первое впечатление, будто бы она глупа, – произнёс младший, сцепив руки в замок. – Щебечет беззаботно, такая веселушка. Но это только первое впечатление. Девушка превосходный эмпат. Прекрасно чувствует эмоции людей, их настроение и способна искренне сопереживать.

Калем кивнул, соглашаясь. Он приходил к Катарине несколько раз под личиной настоятельницы пансиона, в котором девушка выросла.

Она была приветлива, доброжелательна, но рассудительна не по годам.

В маленькой комнатке на краю Улиша, которую ей прикупили «заботливые» родственнички, царила чистота и уют, несмотря на скудную обстановку.

Катарина угощала чаем с душицей, мятными пряниками и сетовала на то, что найти работу в провинции – дело не из лёгких, но она не сдаётся.

«– А кем бы ты хотела, девонька стать? Может, самой императрицей? – лукаво спросила «настоятельница», дуя на горячий чай в блюдечке.

– Матушка! Ну вы скажете тоже! Императрицей… – Катарина по-детски забавно скривила симпатичное личико и сделала глоток душистого чая. – Быть императрицей – дело хлопотное и неблагодарное. Я цветочницей стать хочу, – и любовно погладила листик тигровой орхидеи.

– А откуда у тебя, девонька, такой редкий цветок? – «настоятельница» пробежалась взглядом по подоконнику и отметила другие растения, попроще: все они густо и зелено цвели.

– Не поверите! – в голосе Катарины прорезались возмущенные нотки. – Кто-то вынес к помойке несколько почти погибших луковиц. Я и подобрала. Обогрела, корешки вымочила, удобрением подкормила…

«Настоятельница» улыбалась и пила чай, а Калем думал…

… значит дар всё же есть. Скорее земли, хоть и маленький.