Аристократка в академии некромантов, или Как снять проклятье

Мисс Шин – новая помощница ректора, – протянула ладонь, но мужчина (к моему удивлению довольно молодой, хотя по голосу не скажешь) проигнорировал её, отмахнувшись.

Наверное, все некроманты выглядят непростительно молодо…

– Я не запоминаю имена тех, кто скоро отсюда сбежит. – Он развернулся и, прихрамывая, поковылял к одинокому столу. Только сейчас в царящем полумраке я разглядела тёмные макушки адептов, сидящих на полу. – Все сбегают и вы, милочка, тоже сбежите. Живым здесь не место.

– Неудивительно, что у ребят стресс, с таким-то отношением… – пробормотала едва слышно.

Раздался неуклюжий смешок.

– Мисс Караут, вам так весело? – сухо поинтересовался жуткий преподаватель. – Хотите получить дополнительные часы терапии?

– Нет, магистр Феррант, – робко отозвалась нарушительница мёртвой гнетущей тишины. Аж мороз по коже от этого дикого места…

– Эм… магистр Феррант, – придав голосу непринуждённости, обратилась я. – Мне нужен мистер Ник Коуэлл, дело не терпит отлагательств.

Послышался удручённый вздох.

– Снова Яр Килан творит, что ему вздумается… Но, если это его приказ… не маленький – сам будет разбираться с последствиями. Идите Коуэлл. Вас ждут.

… парень вышел нехотя. А вот я бы на его месте бежала отсюда без оглядки.

Больше нескольких минут мы просто шли молча по алее из тополей и клёнов.

– Слушай, что за странная секта там у вас образовалась? – не выдержала я.

Парень криво ухмыльнулся.

– Терапия. Многим помогает.

– И в чём она заключается? В том, чтобы перепугаться до ужаса?

Парень остановился, вскинул голову в серое беспросветное небо и вздохнул.

– Наверное. Мы просто должны находиться в покое и ни о чём не думать. Потом… адепты лучше контролируют свои эмоции, потому что никто не хочет возвращаться в часовню мучений.

– Какой кошмар… – вымолвила сипло, растирая ладонью предплечье.

Вот поймаю этого ректора…

Я начала раздражаться. Знаю, у некроманта снова найдётся логическое объяснение такой терапии, но неужели нельзя было придумать что-то более гуманное?

– Зачем вы меня позвали? – утомлённо поинтересовался Коуэлл, а в его глазах… плескалась пустота. Всепоглощающая безнадёжная пустота. Ничего. Ни одной эмоции.