Сон о золотом драконе. Книга первая. Аша

Он, наверное, употребил что-то изменяющее сознание. Молодежь постоянно этим балуется.

– Ты говоришь про гулики? Чужие сны?

– Гулики – это яйца роламбы, обладающие свойством вбирать информацию и отдавать ее получателю. Не исключено, что так можно передавать не только образы, но и музыку. И поношения. Ты упоминал, что поврежденные драконы хотели, чтобы ты убрался на Сирин.

– Неужели у нас появились враги и среди пугинов?

– Пугинам все равно с кем торговать. Мракилы разрушают их подземные города. Пугинам не выгодно плодить чудовищ, топчущих им крышу и заваливающих ходы.

– Все, кому привольно жилось без нас.

– Они правы. Это не наша планета. Когда уже мы вернемся на Сирин?

Шишира вздрогнул. Похоже, проблеск сознания угас, и Гун погрузился в мир воспоминаний и фантазий.

– Сирин мертв, учитель. – Шишира не собирался тешить старика иллюзиями.

Гун обиженно моргнул, и сияющая мандала перед ним задрожала, узоры перепутались.

– Плохая аура. Они – не исконные жители.

Учитель Гун терпеть не мог людей и считал, что все беды от них. Он настоял, чтобы сиделкой у него была майяви. Самые скромные, безобидные девушки человеческого племени внушали ему страх.

– Мы берегли Сирин от людей…

– Сирин погиб по нашей вине, там никогда не было людей, – возразил Шишира. – А на Иде мы скоро изведем их всех. Теперь это наш дом.

Гун молчал, насупившись. Впрочем, он предпочитал разговаривать на оме.

– А где Алмазная Иш? – спросил Гун. – Я хотел бы поговорить с Алмазной Иш.

Шишира вздохнул. Бедный Гун. Какой был дракон! Как все изменилось.

– Алмазная Иш сгорела. – Быстрым шагом Шишира удалился из покоев старого Гуна.

Как будто ему не жаль Сирина, как будто он не вспоминает его прохладные реки, необъятные моря и изобильные острова. Его просторы! Да каждый раз при воспоминании о родной планете щемит в груди и тоскует сердце. Но, что было – не вернуть.

Вечером старая тетка кшейта, Кориза, плела рыболовные сети у полыхающего костра и рассказывала сказки тем, кто хотел слушать. Ятрим любил смотреть на огонь, на темное, в глубоких морщинах, лицо старухи, на ловкие руки; любил слушать ее глуховатый голос. Аша тоже пригрелась рядом с группой детишек и помогала Коризе делать сеть.