Охота на фей. Книга вторая. Чужая планета

– Вставайте, – гаденьким голосом заверещал старший конвоир. – В соседнем помещении можно помыться, размяться. Вы еще не привыкли в одной позе долго находиться. Только ведите себя умно. Будете дрыгаться, убегать, прятаться – иголку воткнем, и вы снова уснете.

В серьезности этих угроз сомневаться не приходилось. У пленных не было выбора. Ребята спотыкались и пошатывались, исследуя пределы темницы, в которую их упекли грушеносые.

– В тот коридор идти запрещено! – преградил Вее дорогу решительный карлик.

– Едоза! Ты снова меня стережешь, – узнала свою жертву Вея. – Хорошо, что ты живой.

– Я не рад встрече, ты коварная, – сказал Едоза сердито.

– Скажи, куда увели девчонку, Едоза? – Вея присела, чтобы поймать его взгляд.

– Девчонку? – переспросил карлик. – Она великая фея, и ее ждет великая судьба. А ты так и будешь прозябать в подземелье и дарить свои сны лодырям, строптивица!

Вея, не смутившись, внимательно смотрела Едозе в глаза, как будто гипнотизировала.

– Кто такой Талатала? – наконец, спросила она.

– Учишься, – усмехнулся Едоза. – Талатала – всесильный царь ночи, он ждет нас на берегу реки смерти и каждому готовит заслуженную кару…

– Вы что, убили ее?! – испуганно воскликнула Вея.

– Зачем убивать? – не понял Едоза. – Как решит Талатала, так и будет.

Пока они разговаривали, Ахен осторожно обошла их и ринулась в запрещенный проход, полагая, что там находится выход из подземелья. Роламбины замешкались, а из черного зева туннеля донесся отчаянный вопль.

– А-а-а! – завопили пленники.

Чудовищное насекомое настигло девочку, сбило с ног клешней и ударило в голову клювом. Роламбины сообща накинули сеть на разъяренную тварь и оттащили подальше от лежащей ничком нарушительницы порядка.

– Безмозглая девица! – сокрушался Едоза, выцарапывая из омертвевшей руки Ахен серебристый шар.

– Она умерла? – всхлипнула Джема.

Едоза помотал головой. – Нет, но спасти ее нелегко, она отравлена.

Ахен положили на носилки и унесли куда-то. На помощь дежурным в темницу пришли новые карлики, они сгрудились у плененного насекомого, хищно клацающего зубами, и стали что-то нашептывать ему ласковыми голосами.

– Ему не воткнули иглу, – заметил наблюдательный Гриша.