Бессмертие не для всех

Деятельному Зараду не сиделось на месте, ведь власть нужна не для того, чтобы дрожать над нею, а чтобы пользоваться ею!

"Для начала, – мечтал Зарад, – я должен свергнуть Сарказа, тогда не только сундарцы, но и народы Крора будут на меня молиться".

Мирэя и Юниэр жили в Эррилии. Здесь она поняла, что раньше не представляла жизнь на материке. Сундар казался ей теперь настоящим раем, обетованной землей.

"Я всю жизнь прожила на острове волшебно-прекрасном, как мираж, – думала она, – а теперь словно вступила в дремучий лес".

Дома, на острове, она слышала много рассказов о Кроре: о людях-варварах, блуждающих в холодных степях, убивающих друг друга за пищу, об уродливых драконах, выжигающих города, о злогах, живущих стаями и нападающих ночью, о гигантских летучих мышах – слепых кровопийцах, кричащих голосом смерти. Но тогда казалось, что рассказчики преувеличивают, что не может быть такого места на земле, где собрано столько нечисти сразу. Сейчас она поняла, что ужас реален, и люди живут бок о бок со смертью.

В фейрском владении Эррилии было спокойно: никто не воевал, не голодал и не нападал исподтишка. Но каждый день приходили разведчики из самых разных мест и обменивались новостями с Исанной и его приближенными. В Рудауре злоги отравили источники, и две деревни вымерли. Мирное население Лебенина подверглось нападению свирепых южан, и тех, кто выжил, угнали в плен. Отряды злогов подходили все ближе к Ратанцам, а черные шатуны Сарказа уже летали над Земуной.

Мирэе передавались страхи людей и фейров, окружавших ее. Даже воздух казался отравленным; люди не жили, а терпели беду за бедой. "Как же мы, сундарцы, могли быть такими равнодушными? – думала она. – Давно пора было сделать что-то решительное, не дать злу расползтись. Как случилось, что главной заботой для нас стала жажда бессмертия? Пожили бы где-нибудь в Рудауре, вряд ли захотели бы вечного продолжения этой агонии!"

Вечером обстановка в доме Исанны разряжалась: люди и фейры вместе ели и пили, обменивались шутками, смеялись.

Но Мирэя не находила покоя, и любое веселье казалось ей кощунством. Все, что разведчики рассказывали днем, ночью превращалось в видения, и Мирэя плакала, просыпаясь. Ей снились кошмары. Юниэр спал как младенец и счастливо улыбался во сне. Он заметил, что Мирэя печальна, и пристал к ней с расспросами. Ее признания поразили его.

– Кошмары в доме Исанны? Невероятно. Для всех путников этот дом, словно очаг надежды.