Что, снова в школу?

Конечно, не спорю, многие едут по вызову, но могли бы хоть остановиться, а вдруг нам в одну сторону?!

Чертыхаясь, мы быстро вышагивали, едва не переходя на бег, и все равно опоздали. В школьных коридорах было тихо, как в склепе. Дети, конечно, сейчас дома на праздниках, но наши два класса-то в полном составе – или почти в полном. Подойдя к коридору, где находился наш класс, мы поняли, что урок начался. Вот же, блин, сейчас под пристальным взглядом всего класса придется пройти и сесть на оставшиеся места!

Переглянувшись со Светкой, я поднимаю руку и робко стучу в дверь, ругая себя за то, что допустила такую оплошность, как опоздание в школу.

– Войдите! – послышался грозный женский голос.

Отворив дверь, мы ступили на порог и, как говорила прежде Светка, вытянулись по стойке смирно от одного только взгляда нашего старого классного руководителя.

– А, Ландман и Зайцева! Ну, от Светланы ожидаемо, но а ты, Нателла, удивила! – грозно посмотрела она на нас, и вокруг ее рта собрались складки, выказывая ее недовольство.

– Простите нас, Иванна Фёдоровна, этого больше не повторится, – тихо произнесла я, чувствуя себя школьницей от ее взгляда.

– Ну, я об этом позабочусь! Так, Ландман за третью парту, а ты, Зайцева, за первую, вон туда, и побыстрее, нечего задерживать первый урок!

Повернувшись, я посмотрела в том направлении, куда указала учительница, и отчаянно закусила изнутри щеку – за третьей партой сидел и довольно улыбался Орловский.

Бросаю ещё раз свой взгляд на Иванку и медленно плетусь за третью парту, ясно понимая, что заготовленной участи мне не избежать.

– Живее, девочки! Так, а ну, разговорчики отставить! – грозно сказала классная руководительница, отреагировав на шепоток с задней парты.

Подхожу к парте, за которой мне предстоит высидеть целый нескончаемый урок, и сажусь у самого краешка, задумчиво уставившись на препода. Меня волновал один нескромный вопрос: что она ещё делает в этой школе? Как по мне, ей давно на пенсию пора! Неужели в таком возрасте ещё преподают? – мысленно подсчитывая, сколько ей может быть лет, я отвлеклась от главной моей проблемы, позабыв, что надо держаться начеку.

– Привет, Нутелла, – тихий шепот в экстремальной близости щекотал шею.

– Отвали, – шикнула я на Орловского, и тут же получила замечание.

– Кому непонятно, тишина в классе! Пчелкин, чего тебе? Минут пять руку тянешь, все не успокоишься! – строго спросила Иванка.