Русалка

Может, это обезьянье чучело на что-нибудь и сгодится – ему не впервой сотворять чудо из ничего – но всё же Барнум не мог скрыть разочарования.

Ему хотелось зрелища, настоящего, феерического. А это – увы – ерунда.

– А если взять какую-нибудь девицу, задрапировать ей ноги на манер рыбьего хвоста и пустить в аквариум? – предложил Барнум. – Запустить туда же настоящих рыбок, набросать китовых скелетов. В таких декорациях русалка будет смотреться вполне правдоподобно.

Обдумав предложение, Леви с сожалением покачал головой.

– Если выставлять полуголую девицу в аквариуме, наверняка начнутся обвинения в непристойности.

Барнум только отмахнулся, загораясь идеей.

– Можно прикрыть ее морскими ракушками или чем-нибудь ещё. Ни одна церковная мышь не придерётся.

– А как же моя русалка? – взмолился Мозес, поникший под тяжким бременем разочарования.

Барнум понимал его беспокойство – если эта обезьяна-рыба не будет выставляться в Нью-Йорке, выходит, столь долгий путь из Бостона проделан зря.

– Я подумаю, – ответил Барнум. – Может, пригодится для пущего антуража, что-то вроде чучела прародителя русалок.

Мозес немного воспрянул духом. Все-таки поездка была не напрасной.

– Если собираетесь показывать девицу в аквариуме, – явно повеселев, посоветовал Мозес, – приглашайте не местную, а кого-нибудь издалека. Тогда газетчики не пронюхают от её родных о подлоге.

– Сомневаюсь, что дело выгорит даже в этом случае, – заметил Леви. – Ныряльщица под водой долго не продержится, да и попробуй сыщи такую, чтоб умела плавать.

– Леви, ты мне сегодня прямо крылья режешь, – нахмурился Барнум.

– Запустить девицу в чан с водой не так просто, как усадить в кресло старую каргу и объявить нянькой самого Вашингтона. Тут дело гораздо хитрее. Для начала, нужно подыскать подходящую девушку, и что-то мне подсказывает, если найдётся такая, что согласится плавать полуголой в аквариуме, репортёров к ней лучше не подпускать, – лицо Леви оставалось бесстрастным, но в голосе прорывалось раздражение.

Барнум не любил вспоминать, что вышло со старушкой Хет, которую выдавали за няньку Вашингтона. Она оказалась не столь преклонного возраста, как было заявлено, причём даже не по вине Барнума, его самого надули в первую очередь. И вообще не стоило поднимать эту тему при Мозесе.