Паутина

Глубина колодца составляла семь-восемь метров. Стены были облицованы каменными плитами. А по одной из стен тянулась узкая раскладная лестница, закрепленная наверху.

– Они спускались вниз! – посмотрел на друзей Осипов.

– Ну и что? – развел руками Камохин. – Ты тоже хочешь туда спуститься?

– Конечно!

Осипов сел на край колодца, свесив ноги.

– Док-Вик! На это у нас точно нет времени! Такое впечатление, что здесь сейчас все рванет! – Камохин посмотрел на небо. Из-за безостановочно следующих один за другим песчаных выбросов оно казалось затянутым пылью.

 – Что ты рассчитываешь там найти?

– Не знаю.

Осипов поставил ногу на металлическую ступеньку, ухватился рукой за другую и начал быстро спускаться.

А вокруг уже свирепствовала песчаная буря. Ветер, завывая, как стая баньши, подхватывал взлетающий вверх песок и не давал ему упасть. Все крутилось, вертелось, переворачивалось с ног на голову и обратно, словно в безумном калейдоскопе. С грохотом покатился подхваченный ветром ящик. За ним – другой.

– Может быть, нам всем стоит спуститься в колодец? – прикрывая лицо краем шемага, спросил Брейгель. – Переждем там эту свистопляску?

– А если колодец рухнет?

– С чего бы вдруг?

– Откуда я знаю!

– Друзья, не надо спорить! – примирительно поднял руки Орсон. – Мы все тут взрослые люди и у каждого есть голова на плечах! Вы как знаете, а я присоединюсь к Вику.

Из-за шемага и больших защитных очков лица биолога не было видно. Но Камохин готов был поклясться, что на нем сейчас выражение лукавства.

По непонятной для стрелка причине лицо биолога всегда принимало лукавое выражение, когда он объявлял о какомто своем решении, от которого не собирался отказываться. Причем не имело никакого значения, что это было – желание выпить чаю с бисквитом или вызвать на боксерский поединок чемпиона в полутяжелом весе.

– Идем, – коротко кивнул Камохин.

– Эй, Вик! – крикнул, встав на четвереньки на краю колодца, Орсон. – Как ты там?

– В порядке! – посветил снизу фонариком Осипов.

 – Спускайтесь! Вам всем нужно это увидеть!

– Ну, что я говорил? – усмехнулся англичанин и первым начал спускаться.

– А что он такого сказал? – посмотрел на фламандца Камохин.

Брейгель что-то произнес в ответ, но налетевший порыв ветра подхватил и унес его слова.

Камохин стряхнул песок с шемага и полез в колодец.

Глава 6

Подземелье.

Многомерность.

Внизу было, как и полагается в колодце. Прохладно, темно и мрачно.