Паутина

Они остановились, только когда окончательно выбились из сил. В ушах шумело, кровь стучала в висках.

Колени дрожали.

Квестеры посмотрели друг на друга. Осипов пальцем стянул на подбородок край шемага, закрывавший низ лица.

– Ну как? – спросил Камохин.

Что он имел в виду?

Осипов посмотрел назад. Там уже ничего не было. Ни гигантского паука, ни поглотившего его песчаного водоворота.

Осипов потряс головой. Ему казалось, что у него все еще звенит в ушах. Хотя нет, это был не звон, а писк. Осипов дернул клапан висевшей на плече сумки и выхватил из нее отчаянно пищавший дескан, настроенный на поиск пакаля.

– Не может быть, – Осипов посмотрел на Камохина.

В такое везение действительно трудно было поверить. Спасаясь от паука, они, сами того не ожидая, еще и пакаль нашли.

– Это только дуракам везет, – серьезно, сдвинув брови, произнес Камохин. – А у нас все строится на точном расчете.

Он подмигнул ученому, положил автомат на плечо и уверенно зашагал к безжизненному телу, вдавленному в песок метрах в сорока от них.

Перевернув мертвого наемника на спину, Камохин первым делом сфотографировал его. Затем достал из сумки планшет и сделал скан левой ладони. Вернувшись в Центр, можно будет попытаться установить его личность. Покончив с рутиной, Камохин расстегнул нагрудный карман армейского жилета и достал из него квадратную металлическую пластинку размером с ладонь, с закругленными краями, плоскую с одной стороны и чуть выпуклую с другой.

– Держи, – кинул он пакаль Осипову.

Тот посмотрел на картинку на выпуклой стороне пакаля и удивленно хмыкнул.

– Да, мне тоже понравилось, – усмехнулся Камохин. – Есть в этом какая-то добрая ирония.

– День, можно сказать, удался, – в тон ему сказал ученый.

– Точно. – Камохин поднялся на ноги и отряхнул с коленей песок. – Осталось только Дока с Брейгелем найти. Не видишь, где они?

Осипов приложил ладонь козырьком ко лбу и посмотрел в сторону разгромленного лагеря.

Глава 4

Орсон с Брейгелем преследовали чужака, явно не похожего на наемника.

– Уважаемый! – на бегу окликнул его Брейгель. – Эй!

Тот оглянулся, как-то странно взвизгнул и побежал еще быстрее. На вид ему было около шестидесяти, волосы седые, лицо худое, как будто измученное, на впалых щеках редкая щетина, глазки маленькие, узкие, будто вечно прищуренные, и злые. Видимо, от страха он плохо соображал, что происходит. Иначе давно бы остановился.