Хозяева резервации

Напротив находилась еще одна двустворчатая дверь из темного пластика, покрытая густой вязью знаков и символов, искусно вырезанных вручную. Почетное место среди них занимали формулы Хабера ван Герена, которым герениты придавали сакральное значение.

Почти год прошел с того дня, когда монах Василий впервые привел в этот дом Стинова. Ни один из них тогда даже и не подозревал о том, что великий учитель Лиг сам решит стать духовным наставником Игоря и в конце обучения укажет ему символ, который приведет его на Землю, а затем заставит снова вернуться в Сферу, на порог того самого дома, от которого начался его путь, длиннее которого не было ни у кого из живущих в Сфере.

Двумя руками Стинов медленно распахнул створки двери и вошел в огромный зал, освещенный сумеречным, чуть зеленоватым светом.

В доме духовных исканий учителя Лига все было по-прежнему. Здесь не ощущалось течения времени, и Стинову вдруг показалось, что он только вчера разговаривал со своим наставником.

Погруженный в поток внезапно нахлынувших воспоминаний, Стинов не заметил, как, обойдя центр зала, покрытый ровным слоем похожего на песок гранулированного синтетического материала, прошел вдоль длинного ряда затемненных ниш, в которых сидели, погруженные в созерцание мира, недоступного обычному взгляду, последователи учения Лига.

Свернув у дальней стены налево, Стинов вышел к нише, расположенной прямо напротив входа в зал, где на низкой каменной скамеечке сидел старец. Уже долгие годы тело учителя Лига не покидало этой скамеечки, а потому высохло и съежилось до размеров десятилетнего ребенка, но разум его проникал в такие запредельные дали, где не доводилось бывать никому из ныне живущих.

Стинов взял тонкую трость, стоявшую прислоненной к стенке ниши, и, подойдя к краю песчаного поля, нарисовал на нем круг, в центре которого, проткнув слой псевдопеска до самого пола, поставил жирную точку.

Поставив трость на место, Стинов скрестил руки внизу живота и низко склонил голову.

– Я вернулся, учитель, – неслышно, одними губами произнес он.

Яркий свет, вспыхнувший не перед глазами, а в сознании, на мгновение ослепил Стинова. Вновь обретя способность видеть, он обнаружил, что находится в центре бескрайней, ровной, как поверхность стола, пустыни, накрытой пронзительно-голубым куполом неба.