Потерянный мальчишка. Подлинная история капитана Крюка

Маленькие руки, покрытые кровью.

Я отогнал этот сон. Мне ни к чему такое помнить. Так всегда говорил Питер.

Я прожил здесь с Питером дольше, чем в Другом Месте – дольше, чем мог подсчитать. Здесь не сменялись времена года, а дни не несли смысла. Я буду здесь всегда. Я никогда не вырасту.

Ножик Питера танцевал в белом свете, пока луна не исчезла за моими закрытыми глазами.

* * *

Тогда я был меньше, а Питер был большой, храбрый, чудесный. Он сказал: «Пойдем со мной, у нас будут приключения, и мы всегда будем дружить», – и я вложил руку в его руку, а он улыбнулся – и эта улыбка вошла мне в сердце и там осталась.

Мы пробежали по улицам города, в котором я жил, и Питер был таким быстрым и бесшумным, что мне даже не верилось. Он бежал так, словно ветер был его частью, и его ноги едва касались земли – и, глядя как он бежит в темноте, я думал, что он может подняться и полететь… и забрать меня с собой. Было бы чудесно улететь из города к звездам, потому что город был темный, и грязный, и наполненный взрослыми, которые так и норовят схватить тебя, если ты маленький, и сказать: «Эй, а это еще что такое?» и дать тебе оплеуху просто потому, что могут… и забирают у тебя хлеб и яблоки, а у тебя в животе все узлом завязывается… а потом бросают тебя обратно в грязь и хохочут, хохочут…

Но Питер обещал забрать меня от всего этого: он возьмет меня в такое место, где можно есть, сколько хочешь, и никто не станет тебя бить, и никто не будет говорить, что ты должен делать и когда… или прикажет не мешать и идти спать в отбросы, где тебе самое место.

Я захотел туда. Мне нетерпелось туда отправиться. Но мне было страшно садиться на корабль, чтобы плыть на этот остров. Я никогда еще не бывал на кораблях, но видел их в порту. Я боялся разонравиться Питеру, если скажу, что мне страшно, так что я ничего не стал говорить – но был уверен, что как только мы выйдем в море, явится чудовище и разобьет корабль на тысячу кусков, и мы все полетим вниз, вниз, на дно – и нас больше никогда не увидят.

Питер тянул меня за собой, и я начал уставать, а он сказал: «Пошли, Джейми: еще немного, и будем на месте», и мне хотелось его порадовать, чтобы он снова мне улыбнулся, так что я бежал и старался быть таким же быстрым и бесшумным, как он.