Красная королева

Она немного смутилась, словно ее поймали на какой-то шалости.

Тесак пожал плечами:

– Полагаю, я знаю то же, что и ты. А может, меньше.

– Тогда почему ты думаешь, что так не получится?

– Ты пытаешься создать что-то из ничего, – начал Тесак. – Когда ты захотела, чтобы Бармаглот превратился в бабочку и оказался в той склянке, у тебя прежде всего был Бармаглот. Когда ты разорвала связь с Чеширским, ты разорвала то, что уже имелось. Ты не начинала с ничего.

Алиса нахмурилась.

– А в тот раз, когда я оттолкнула от тебя Бармаглота? Я сделала что-то из ничего!

Тесак покачал головой:

– Нет.

– Я хочу есть и пить, – проныла Алиса. – Почему же из этого не может получиться еда, если любовь и страх способны отогнать монстра?

– Ну, это ты у нас волшебница, – сказал Тесак и застыл в ожидании ее действий.

– Что-то из чего-то, – пробормотала Алиса. – Так много правил – всюду, куда ни ступи. Что толку быть волшебницей, если не можешь время от времени себя побаловать?

– Я бы сказал, что все известные нам волшебники только и делали, что баловали себя, – заметил Тесак и по-птичьи наклонил к плечу голову.

– Что?

Алиса была занята – она сгребала золу, насыпая маленькие горки, каждую размером с мясной пирог, который она хотела бы получить.

Тесак встал и повернулся в сторону Города, прикрыв ладонью глаза от солнца.

– Что-то жужжит.

Теперь и Алиса услышала низкий, воющий гул, похожий на то, что издает не животное, но машина.

– Что это? – спросила Алиса, пытаясь как-то совместить в сознании форму пятна и гудение.

Тесак медленно покачал головой:

– Не знаю, но поработала тут не природа. Ни одно насекомое не жужжит так.

– Ни одно насекомое не может быть таким большим, – сказала Алиса. – Если только оно не волшебное.

– Чеширский? – Тесак размышлял вслух. – Но к чему эта показуха?

– Да, кажется, он предпочитает держать свою силу в тайне. Любит действовать тишком.

Возможно, в Городе жил еще один, неизвестный им волшебник. Да, конечно, это было возможно – и даже вероятно. Само существование тех волшебников, с которыми они уже сталкивались, доказывало, что правительство города не смогло изгнать всех.

Гудение, несмотря на расстояние, сделалось громче.