Ведьма в бегах

Но в моем гардеробе никогда не было таких мрачных оттенков. Хорошо, что в быстрых сборах наткнулась на него в маминой комнате, когда искала фамильные драгоценности. Очень не хотелось их продавать, но последние деньги отдала за аренду дома, осталась лишь мелочь. Если моя затея не удастся, придется пойти на крайние меры.

Глубоко погрузилась в тяжелые мысли, не успела заметить, как вышла на площадь. Миралд наверняка шутил, когда спрашивал, смогу ли я найти таверну. В этом маленьком городе вероятно больше и нет никаких заведений, кроме этого.

Остановилась у крайнего дома, наблюдая за ярко горевшими окнами. Световых камней там явно не жалели. Взгляд остановился на неподвижной фигуре. Он. Его узнала бы даже по тени. Непроизвольно вздрогнула.

Воспоминания пришли некстати, до крови закусила губу, но прошлое настигло, отравляя ненужными видениями.

***

Своего шестнадцатилетия я ждала с нетерпением. Ранним утром, едва рассвело, вбежала в родительскую спальню.

Но их не было. Они обещали вернуться к моему дню рождения. В волнении прошел день, бал был отменен сразу же. Я остро чувствовала – что-то произошло. Страшное. Если родители обещали мне что-нибудь, они всегда выполняли.

Все недобрые предчувствия подтвердились на закате, когда я, не в себе от тревоги, требовала от Родгара, чтобы он немедленно сообщил мне, где мама с папой. Конечно, родовой дух может видеть всех, кто находится под его защитой. Но в тот день он отмалчивался.

Запоздалая весть повергла в шок всех, кто был оставлен присматривать за мной. Карета, в которой родители ехали через мост, исчезла. Через три дня по всей столице был объявлен траур по герцогу Олдридж и его жене.

Но я не верила! И не поверила после, когда лучшие детективы королевства предоставили так называемые доказательства.

Родители исчезли, но это не значит, что они умерли. Сердце отказывалось верить. И Родгар ничего не мог сказать толком. Он не говорил ни да, ни нет.

Из-за этой недосказанности мы сильно поругались. Я обозвала его бесполезным домашним призраком, чем оскорбила до глубины души, он меня несносной девчонкой. Мы очень долго после этого не проронили ни слова долгими вечерами моего заточения в собственном доме.

Так обзывал меня не только Родгар.

***

Я стояла, прижавшись спиной к холодной каменной стене, но мне было жарко. Расстегнула две верхние пуговицы на платье, тяжело выдохнула.