Никому

Выехала за два часа и, оказавшись на месте, час просидела в своем мини купере. Чуть прогулялась по солнечной улице и наконец зашла в подъезд. Еще дома положила в карман платок, который облила любимыми Lancome, и теперь прижала его к лицу: здесь все так же воняло.

Психолог сделала мне комплимент. Еще бы: сегодня я принарядилась и даже надела любимые серьги и золотую цепочку с бриллиантом, которую подарил Марк. Наверное, в прошлый раз она решила, что я не только несчастная, но и бедная, а мне хотелось подняться в ее глазах.

Снова болтала час без умолку. Рассказала, как ощущала себя после первого сеанса и даже о сцене на кухне. Казалось, могу всё-всё ей рассказать, без стеснений и прикрас. Что-то во внимательном взгляде черных как смоль глаз заставляло ей верить.

В конце она обняла меня и сказала приходить через неделю. В подъезде так сильно затошнило, что я еле сдержалась. К удивлению, платочек не помог, наоборот – от него стало еще хуже. На улице долго дышала, не решаясь сесть в душную машину.

– Может, съездим куда-нибудь на выходных? Путешествие пойдет нам на пользу.

Он ответил не сразу. Сидя на кресле, задумчиво крутил стакан с виски. Наконец сказал, что не против.

– Закажи билеты. Куда хочешь. – Допил и резко поднялся.

Думала подойти к нему, но он уже закрылся в кабинете. Ладно, решила я, на выходных все обязательно наладится.

4

В квартире за пятнадцать лет ничего не поменялось. Пахло лекарствами и сыростью. Мария Сергеевна, опираясь на палку, прохромала на кухню. Нога болела с тех пор, как бабушка поскользнулась одним зимним утром, когда Анна была подростком. Сломанная кость срослась неправильно и доставляла хозяйке много неудобств. Анна вздрогнула и сжалась, бросив взгляд на палку.

Сама старушка тоже не изменилась. Все так же заплетала длинную седую косу в крендель на голове (и как хватало сил?) и готовила на целую семью, хоть давно жила одна.

– Я не голодна, – повторяла Анна, но Мария Сергеевна, уставляя стол домашней стряпней, делала вид, что не слышит.

– Чего надо? – старушка уставилась на внучку, усевшись на стул рядом.

– И я рада тебя видеть. – Анна вначале растерялась, но сумела быстро спрятать смущение под маской равнодушия.

– Отбросим любезности. – Бабушка закашлялась и потянулась за пластинкой таблеток.