ЗаБить. Часть вторая

Алекса тут же вспомнила Риту, которая когда-то рассказала ей о том, что за один медленный танец Феликсу удалось не только овладеть её мыслями, но и увести её в тот вечер от парня, с которым она пришла; вспомнился и вечер их знакомства, где он вращался на танцполе с Женей, которая также не поскупилась на комплименты по этому поводу. Теперь и сама Алекса танцевала с ним в атмосфере романтики и пафоса и думала над тем, что это немного лучше, чем их пьяные покачивания вокруг своей оси у неё в загородном доме.

– Чего ж ты так набросился на бедного парня? – как можно безразличнее спросила она.

– А ты пригляделась бы получше и увидела, что он из себя представляет, – презрительно скривился он. – Тут даже говорить не о чем. Пьяный гондон.

Алекса промолчала, спорить с ним и защищать случайного парня было ни к чему.

– Не волнуйся. Я не позволю, чтобы какая-то пьяная шваль лезла к тебе!

«Что бы я без тебя делала…» – с сожалением подумала она о том, что он всегда встревает там, где бы ей хотелось самостоятельности.

– Спасибо, – тихо сказала она и тут же перевела разговор. – А где твоя подружка?

– Была отправлена туда, откуда ты её привела, – пояснил он. – Признаться, Алекса, я не ожидал, что ты можешь познакомить меня с бабой!

– А что тут такого? Мне показалось, что ты заскучал, и я хотела, чтобы ты отвлёкся от того, о чём гоняешь в своей голове весь вечер.

– Просто мне здесь не очень нравится. Контингент сегодня непонятный… – Феликс предвзято оглядел тех, кто нежился в танце рядом с ними. – Слушай, может поедем отсюда?

– Но мы ведь только недавно пришли… – напомнила она ему и заметила, как его лицо сделалось пасмурным.

– Всё-таки, болтать с тобой на твоей кухне было куда приятнее, – он выжидающе смотрел на неё, предвкушая, что она ответит.

– Фил, о чём речь! Поехали, конечно! А то здесь толком и не пообщаться… – тут же согласилась она и бойко направилась к выходу, чувствуя, как он следует за ней.

И всё же Алекса откровенно расстроилась, что они так скоро покинули ночной клуб. И чтобы её недовольство не было заметным, отвернулась к окну.