Жестокая страсть

Исуми спокойно пожала плечами и слегка кивнула, мол, так уж и быть, поем, раз ты притащил сюда эту тарелку. Вот чертовка! Я с легкой ухмылкой присел на корточки, положил на раскрытую ладонь крупную виноградину и просунул руку сквозь прутья. Исуми покосилась на меня изумленно – она явно надеялась, что я освобожу ей руки. Я ждал. Голод взял свое: она подползла к моей руке, наклонилась и взяла ртом виноградину, слегка коснувшись губами ладони. Я тут же протянул ей кусочек яблока. Она снова наклонилась и взяла губами яблоко.

– Хорошая девочка.

Нежные прикосновения ее губ к моей ладони повторялись и повторялись. Они начали сводить меня с ума – я все больше хотел попробовать сладость этих губ. Когда фрукты закончились, она облизала губы, опустила глаза и чуть слышно прошептала:

– Спасибо.

– Отблагодаришь меня иначе.

Исуми снова изумленно посмотрела на меня. Я открыл замок на дверце ее клетки и вошел внутрь. Она инстинктивно подалась назад и прижалась спиной к стене, глядя на меня снизу вверх. Я подошел ближе, нависая над ней, погладил ее по голове, взял ее лицо в свои ладони, наклонился и крепко поцеловал в губы.

Я отчетливо слышал стук ее сердца и частое дыхание. Она даже не сопротивлялась. После моего поцелуя ее губы стали алыми и припухлыми. Не говоря ни слова и глядя ей прямо в глаза, я медленно расстегнул ремень. Глаза Исуми округлились, она вжалась в стену. Я подошел ближе, не давая ей пошевелиться. Она попыталась отвернуться, но я повернул ее голову обратно. Она подняла на меня глаза с немой мольбой, когда я прижал свой член к ее губам.

– Целуй, – в моем голосе звучала сталь, и она не посмела ослушаться. Медленно она покрыла нежными поцелуями мой член от головки до основания. Я чувствовал ее горячее сбивчивое дыхание – она явно смущалась.

– А теперь хорошенько вылижи его.

Она на мгновенье остановилась, а потом легонько коснулась меня своим горячим язычком, еще раз, еще. Потом немного осмелела и стала делать это усерднее, не пропуская ни сантиметра моей плоти. А меня накрывала опьяняющая волна страсти.

Древние инстинкты сплетались с моими темными желаниями. Потом, все это потом. Какие же у нее сладкие губы!

Я раздвинул членом ее губы и медленно вошел в ее маленький ротик, заставив ее прижаться затылком к стене. Все глубже и глубже, пока он полностью не оказался у нее во рту. Потом так же медленно вышел, снова вошел, уже быстрее. Она не могла ни сопротивляться, ни даже пошевелиться. А потом моя темная суть вырвалась на свободу.