Дурдом

Просто мне показалось, что выслушивать старика будет ну очень уж долго…. – «Да, Вы правы. Это жизнь и есть, как есть. Я не держу на Вас зла. Ни на Вас, ни на Михаила. Ни сейчас не держу и никогда не держала. В целом – мне просто всёравно. Спасибо маме! Выросла. А выросла – человеком! Поэтому, если хотите общаться – то, я не против. Можем попробовать.» – медленно, обдумывая каждое своё слово, внятно проговорила я и слегка криво улыбнулась.

–Спасибо, Кристина. – промямлил старик в ответ.

–Единственное, что мне не ясно, так это – если батя, так хочет общаться, то почему он сам не пришёл и не поговорил со мной? – продолжила я.

Ведь на то время, я действительно не совсем понимала некоторых вещей.

–Ой! Кристина! Да он такой робкий! Стыдно отцу! Неудобно ему, что столько лет он не общался с тобой! Он очень хочет общаться! Очень хочет, но боится! Он мне знаешь, что говорит? Вот я приду к Кристине, а она посмотрит на меня и скажет, что я чужой…. Боится Мишка, боится дурак! – слегка взбодрившись красиво запел Анатолий Васильевич.

Красиво петь – это таки его конёк.

«Хм…. Интересно, а как может быть иначе? Не видя человека двадцать семь лет жизни…. Каким ещё он может для меня быть? Кем? Я ведь его даже не знаю абсолютно. Просто какой-то левый дядя с улицы…. И, кстати, он ведь даже не указан то и отцом моим в моём свидетельстве о рождении… Странные какие-то…. Чего интересно ждали-то? На что рассчитывали? Неудобно им понимаешь ли…» – эхом прокатилось где-то в моём подсознании.

Судя по – всему от негодования проснулся мой внутренний голос и заговорил со мной….

–Понятно. – ответила я и посмотрела на маму. Мамино выражение лица продолжало говорить всё то, что она об этом, обо всём думала на самом деле.

–Да…Да, Кристина… Мишка он такой добрый, он очень хороший…. Просто понимаешь, неудобно…. Стыдно бате твоему… Он такой не решительный,

дурак Мишка – на одном дыхании протараторил Анатолий Васильевич, следом, переведя дух – «Столько лет не общались, ты пойми….

Но он хочет, очень хочет общаться. Он так любит тебя, Кристина…» – добавил старик и не моргнул и глазом. По – внешнему виду, Анатолий Васильевич заметно похрабрел и почувствовал себя в своей так сказать тарелке что -ли…. По крайней мере, потому, как он смотрелся со стороны, это выглядело именно так.

Маман же как маман – если честно, она еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться.