Любовь на спор

Незачем нытика из себя строить, и так вчера уже разоткровенничалась.

– Понятно, – невозмутимо откликнулся мой собеседник. – У тебя на завтра планы есть?

– Н-нет, – осторожно ответила я, запоздало подумав, а не стоило ли ответить наоборот.

– Отлично, – кивнул Костя. – Потому что сегодня ты останешься у меня. До утра.

Чуть не возмутилась, но вовремя замолчала. Значит, соглашение придётся отрабатывать уже сегодня. Ладно. Завтра всё равно выходной, спокойно высплюсь, так уж и быть, и поеду домой. Надеюсь, у Северова нет намерений задержать меня у себя на все выходные, в качестве наказания за тот побег.

– Хорошо, – ровно ответила я, всё так же глядя вперёд.

До знакомого посёлка ехали без разговоров. Константин завернул во двор, заглушил мотор и вышел, я за ним. В дом он пропустил меня первой, и на несколько мгновений, когда я переступила порог, охватило странное, не слишком приятное ощущение. Как морозным ветерком подуло, я едва не поёжилась. А как только закрылась дверь, позади раздался спокойный голос Константина:

– Без моего разрешения из дома не выйдешь, даже не пытайся.

Всё-таки я вздрогнула, обернулась, наткнувшись на пристальный, с насмешливыми искорками, взгляд. Северов стоял, прислонившись к двери и скрестив руки на груди, и в упор смотрел на меня, откровенно ухмыляясь. Я вздёрнула подбородок, испытывая какое-то мелочное удовольствие от того, что доблестный тёмный маг, похоже, опасался повторения моего побега, несмотря на нашу договорённость.

– Я не нарушаю обещаний, – негромко, твёрдо сказала, не отводя глаз.

Тёмная бровь поползла вверх, Северов хмыкнул и медленно кивнул.

– А я предпочитаю подстраховаться, – невозмутимо отозвался он и отошёл от двери. – Пойдём.

В этот раз меня повели не наверх, а под лестницу – оказывается, там была ещё одна дверь и короткий коридор, дальше в глубь дома. Константин остановился перед очередной дверью, украшенной затейливой резьбой, провёл пальцем, повторяя узор, причём так быстро, что я не успела понять, по каким именно завиткам скользил его палец.

Константин оглянулся, и пришлось поспешно захлопнуть челюсть и убирать с лица всё лишнее.