Зенит

Из сломанного носа некогда текла ручьём кровь, сейчас, к счастью, кровотечение прекратилось и лишь тёмное пятно, сползающее по губам к подбородку, пару раз небрежно размазанное рукавом курки, напоминало об этом. Правый глаз заплыл синяком, уголок правой брови немного съехал с обычного места, будто бумажный, обнажая то, что скрыто под кожей… Больше я не могла этого видеть. Что же сотворил тот тип с моим Елизаром?! Что могло побудить того незнакомца так безжалостно напасть на Елизара? Каким же можно быть зверем, чтобы так искалечить человека.

Когда шок начал покидать меня, я почувствовала стыд за мою беспомощность, за моё бездействие.

Трусиха. Это слово множество раз вспыхивало в моем сознании, словно молнии во время майской грозы, каждый раз заставляя вспоминать моё оцепенение, когда незнакомец одним лишь движением обездвижил Елизара. Я была парализована страхом, как какая-то овечка, наблюдающая как овец её родного стада одну за другой раздирают. Неужели в тот момент инстинкт самосохранения заставил меня пренебречь жизнью Елизара ради самой себя? В любом случае, если бы тот незнакомец имел на меня какие-то виды, мне все равно не удалось бы спастись, я могла бы только принять бой и хотя бы попытаться спасти саму себя, не становясь жертвой, убегающей от хищника, который лишь играет со мной.

– Прекрати себя ругать, – сказал Елизар, будто прочитав мои мысли.

– Я не ругаю, – солгала я, борясь с отдышкой.

– Ты всю дорогу молчишь и, зная тебя, мне не составляет труда предположить, что ты себя коришь за что-то. Я бы конечно предположил, что ты возненавидела меня после того, как меня вырубили за секунду и испытываешь ко мне отвращение, как обычный человек, но ты не обычная Кристина. Ты совсем не обычная.

– Ты что пьян? – неконтролируемо вырвалось у меня.

– О, шутишь, я рад этому, – усмехнулся криво Елизар. – Хочешь немного отдохнуть?

– Нет, пока не хочу, – солгала я, втайне желая грохнуться и больше не вставать.

– Спасибо, что помогаешь мне.

– Если ты ещё раз поблагодаришь меня за эту чушь, я добавлю тебе ещё одного фонаря.

И что, черт меня дери, я несу!? Иногда меня дико раздражает, что я не всегда могу спрогнозировать фразы, которые у меня вылетают изо рта. Сколько себя помню, уставшая или на эмоциях, я всегда несу какую-то чепуху, которая никак не согласуется с моим внутренним миром.